Наизнанку
Для кого-то он Призрак — бездушный убийца, для кого-то Скала — несгибаемый и упёртый. Его имя произносят с плохо скрываемым страхом. У него много имён, много ролей. Олег всегда разный: холодный, непробиваемый и такой красивый. Она — папина принцесса, наполненная романтическими мечтами о настоящем принце. Яна спутала его планы, ворвалась в жизнь переменчивым ветром сентября, сорвала многолетнюю маску. Что между ними может быть общего? Ничего кроме любви и общей тайны прошлого, что тянется атласной лентой, связывая их друг с другом навсегда…"— Даже если ты будешь сопротивляться, я останусь твоей слабостью, потому что от этого еще не придумали лекарства. С каждым днем я буду проникать в твою кровь все глубже. Даже придерживая на расстоянии, будешь помнить меня. Я «отравлю» сначала твое тело, а потом и душу!— Ты упускаешь только одну деталь. Я не спорю, что физически ты близка к моей полной капитуляции. Но душа? Детка, ты погорячилась! У меня ее просто нет!"Содержит нецензурную брань.
Маша была так красива, что казалось, она только что сошла с обложки модного журнала, а не с улицы, где ловила неуемную Наташку. Высокая стройная брюнетка с черными как смоль волосами, скрученными в аккуратные кудряшки, не производила впечатления многодетной мамочки. Яркие карие глаза в обрамлении черных ресниц завораживали своей красотой. Рваные на коленях черные джинсы, светлый свитер крупной вязки, спущенный с одного плеча. По линии ключицы тянулась милая татуировка на латыни. Она крутила в руках бутылочку, постукивая длинным пальцами по пластику.
— Я? Совершенно не переживаю, потому что по вечерам их кормит Андрей. Так сказать, складываю все свои полномочия на эти мощные плечи. Ровно в восемнадцать часов я открою бутылочку белого вина и закрою глаза, перестав контролировать сухость подгузников, не буду прислушиваться к быстрому топоту, машинально пересчитывая количество ножек! — Маша обернулась в сторону гостиной, где трудились парни. — Боже! Что я несу? Ведь это просто вечерняя усталость. Завтра я снова проснусь рано, чтобы приготовить любимым завтрак, потом сяду возле их кроваток и буду ждать, пока мои курносики проснутся.
— Боже, Манечка! Ты такая счастливая!
— Да. Иногда об этом забываешь, взгляд замыливается. Слабость и усталость берут верх, погружая в дым истерики. Но все проходит. Запомни, Ян. Лучше истерить с любимым, чем биться в эйфории одиночества. Олег хороший. Надежный.
Стало так важно увидеть его. Нужно было посмотреть, напомнив самой себе, что это не сказка, не сон. Олег разжигал камин, раскладывая дрова в стеклянном кубе. Но вдруг перестал шевелиться и замер, словно почувствовал мой взгляд. Захлопнул толстую стеклянную дверцу и встал, чуть потянувшись. Абсолютно идеальное тело, обтянутое только белой футболкой, которая просвечивала темную графичную татуировку, пересекающую всю спину.
— Надежный? — спросила я одними только губами.
— Как скала. — ответил он….
Глава 31
Яна
— Нет же! — я носилась по своей квартире, пытаясь найти нужную коробку с вещами. Исполнительный Куранов позаботился о срочной доставке моих вещей. И теперь весь широкий холл был заставлен одинаковыми коробами с логотипом службы доставки. Не было ни единой надписи.















