Нарисуй меня

И Максим снова будет улыбаться своей широкой мальчишеской улыбкой.

— Я им все о тебе рассказал, не волнуйся. — Генварский успокаивающе погладил меня по руке. — И про то, что с Ксенией вы внешне чем-то похожи, они тоже в курсе.

«Чем-то». Ну да, конечно. Сам же обратил внимание на меня только поэтому. Да и не только он. Но думать сейчас о давно умершем незнакомом мне человеке совершенно не хотелось.

— Хорошо, идем!

Странно, конечно, идти как бы в нашу мансарду, но не совсем в мансарду. Родительская квартира на третьем этаже, поднимаемся медленно. Ловлю себя на мысли, что сейчас уже не хочу с ними знакомиться.

— Добрый вечер! Максим! Здравствуйте, Марина."

"Мне вежливо улыбаются, я так же улыбаюсь в ответ. Что ж, для начала совсем неплохо.

Галина Ивановна и Анатолий Петрович — имена родителей Генварского я знаю давно, а сейчас с интересом их рассматриваю. Боязно немного, а еще чувствую вину перед ними — за то, что знаю, за то, что мне их сын все рассказал, а они в неведении, улыбаются сейчас беспечно.

— Значит, художница? Одобряю, одобряю! — Отец переводит взгляд с меня на свою жену, словно спрашивая и ее мнения. — Как вспомню, что Макс вытворял в этой квартире… Мы же купили специально для него чердак в нашем доме. Ты вообще помнишь о нем?

Максим молча кивает, а я удивляюсь, почему за столько времени мы ни разу не сталкивались во дворе. Я их точно не видела, потому что сразу же поняла бы, кто это: Генварский удивительным образом соединил в себе черты обоих родителей, я сразу бы поняла, что передо мной его мама с папой.

— Конечно, помню. — Макс кивнул. — Мы с Мариной иногда там бываем, я отремонтировал мансарду.

Для родителей это, похоже, новость. Как же мало они знают о сыне!

— Расскажите о себе, Марина. Вы из нашего города?

Ужин проходит спокойно, я вижу, что совсем их не напрягаю, про Ксению никто и слова не сказал. Вежливые люди, которые, видимо, давно не лезут в личную жизнь своего сына. А может, как раз история его первой любви их многому научила, не знаю. Но здесь мне вполне комфортно. Вот только я не чувствую особой теплоты между ними, когда перебивают друг друга с хохотом, подшучивают, когда предугадывают следующее слово или жест. Словно когда-то, задолго до моего появления, они все для себя решили, договорились, распределили роли и теперь их прилежно исполняют. И всех все устраивает.

— Мне очень жаль, что вы в таком юном возрасте остались без родителей, — сочувственно говорит Галина Ивановна. — У вас есть близкие родственники?

— Да, сестра, но она сейчас болеет, еще есть дяди и тети, но мы не очень часто общаемся. У каждого своя жизнь.

— Вы очень самостоятельная барышня, — хмыкнул отец, но под взглядом жены тут же уткнулся в тарелку с рисом.

— Надеюсь, ваша сестра поправится.

Я кивнула, сглотнув комок в горле.