Нарисуй меня

Лукьянова мгновенно переменилась в лице, попыталась улыбнуться мне и тут же спросила:

— Что ты будешь?

— Спасибо, ничего. Я просто посижу.

— Какие-то вы скучные, Макс, я тебя не узнаю. Вы как на похоронах мрачные сидите. Случилось что?

А вот и Дугин вернулся."

"— Скорее, задумчивые, День. — Максим провел рукой по волосам, не замечая, как преданно на него смотрит Лукьянова. — Веселитесь, ребята.

Он нервно постучал по столешнице костяшками пальцев. Дугину хватило ума все понять правильно — подхватил за талию Инну и утащил ее обратно в толпу разгоряченных тел.

— Я хочу домой.

Генварский кивнул, словно ждал этих слов.

— Поехали.

Он молчит в машине, я тоже. Была бы на месте По любая другая девушка, я бы уже и думать забыла, но это моя сестра. Я так ухватилась за По после смерти папы, что ближе ее у меня и нет больше никого. А если Полина в него влюбилась или еще что? Откуда эти даты в еженедельнике? У нее точно кто-то был, но Максим клянется, что лишь видел ее издалека, никогда с ней не разговаривал, даже близко не подходил.

Он кажется таким искренним. И в клубе, и сейчас в машине — крепко сжимает мою ладонь. Чуть прикрыл глаза, но я знаю, стоит мне заговорить…

Я не сказала ему, что делала на этой чертовой презентации, не сказала, как По чуть ли не билась в истерике из-за того, что где-то застряла и не может быть там. Я вообще ему ничего не сказала.

— Это твой дом? Я не ошибся? — нарушает тишину Максим. — Быстро приехали.

Слишком быстро.

Машина останавливается недалеко от ворот, все точно так же, как и неделю назад, когда он привез меня после нашего свидания.

— Марина! — негромко окликает он, и я замираю на месте. Его руки дарят тепло и успокоение, в них я хочу спрятаться. — Я понимаю, ты растеряна. Понимаю и не тороплю. Но с тобой я наконец чувствую себя живым.

Ладонь нежно гладит мои волосы, и я невольно прикрываю глаза. А потом он с шумом выдыхает и уже крепко держит мое лицо в своих руках, заставляя смотреть ему прямо в глаза.

— Откуда ты только взялась такая?!

Во взгляде столько непонятной мне боли, которую я хочу стереть, чтобы никогда ее больше не было с нами. Вот сейчас, именно сейчас он настоящий. И он не врал мне, не знает он По, и ничего у них не было. Теперь я уверена в этом.

— Я давно по-настоящему не ухаживал за девушками, Марина. — Взгляд его смягчается, а я забываю дышать, вживаюсь в каждое слово. — Боюсь, что уже забыл, как это — нормальные отношения, да и не знал на самом деле. Но ты ведь расскажешь, как правильно?

— Я? — растерянно переспрашиваю.

Слышу легкий смешок, его сильные руки снова обнимают меня за плечи.

— Понятно. Тогда будем вместе учиться. Хочешь этого?

Отношения? Настоящие? С ним?

Да!

— Я тебя не тороплю. — Проводит большим пальцем по верхней губе, заставляя снова замереть.