Наши все дома!

Ну суки, твари, праздник у вас? Будет вам сейчас праздник. Зашел со стороны багажника, чтоб вдоль машины и позади них никого, только опоры путепровода, ружье из-под куртки освободил и коротко, чтоб голос не сорвать: «ГАВ!» Фиг его знает, почему такое на ум пришло — наверное, от «улыбки в сорок два зуба». Ну и нормально, шаблон порвался качественно — уж такого обращения они точно не ждали. А меня буквально несло. Ст. А вот им не очень сладко — не ждали, на рожах написано, что не ждали.

— Э, чувак, ты что, тут?"

"А я улыбаюсь той самой улыбкой, ствол в корпус ближайшему направил и реально наслаждаюсь моментом.

— Бензин везде, нельзя стрелять!

— А ты стой тихо — я и не буду. А лучше палку брось и уходи, тихо уходи. А то патроны, сцуко, дорогие…

— Ладно, ладно, мы уже ушли, только не нервничай. — А сами стоят… ждут чего-то.

Тут хрипнула рация в кармане: «Сзади, из машины на въезде, выходят! Двое!» Я киваю, но и они услышали, занервничали. И мне уже нервничать пора — в клещи берут, а я с одним стволом пятерых не перестреляю: не успею — я ж не чемпион IPSC.[24] Но нервы упрямо молчат, и это хорошо. Правда, сердце где-то в горле уже, и тремор пошел… Хорошо, что не пулями заряжено: картечью промахнуться труднее… Далеко там до этих сзади? Рация в кармане — не спросишь, руки с ружья не снять. Но раз девушки мои пока молчат — наверное, далеко. От их машины метров полста, и бегом они не бегут — наоборот, тихо крадутся: они-то рацию не слышали, на внезапность расчет.

— Уходите быстро! Еще пять шагов ваших корешей — и валю всех на поражение!

Это уже и кореша слышать должны. Твою мать, они что, тоже зомби, что ли, ни хрена смерти не боятся? Или так уверены, что я не выстрелю? Нет, не зомби. Главный биту кинул, начал бочком от машины отходить. И тот, который за машиной стоял, — тоже. Этот самый опасный — в него стрелять неудобно, машину задену, и ладно если только машину — хрен его знает, как картечь полетит. Третий отходит прямо с битой — непорядок, но хрен с ним, лишь бы отходил… И тут одновременно с треском рации, еще не выплюнувшей слова, я услышал сзади топот. Все же решились напасть, уроды. Десять метров дистанция, только и успеваю повернуться, навести тяжело-непослушный на таком быстром движении ствол и в середину туловища шарахнуть. Это не зомби, этих можно не в голову… Вижу его вытаращенные глаза с огромными зрачками — обдолбанный, что ли? Вот откуда такая смелость… Впрочем, не так важно уже — можно даже не проверять, от попадания он скрючивается прямо на бегу и с глухим стуком переворачивается на спину. Даже если я его не убил картечью — после такого не встанет. Выпавшая из рук бита пролетает мимо меня и дальше вдоль земли куда-то под машину.