Посмертный образ

Молодая красивая женщина, в последние два года — звезда экрана, и не дала своему любовнику Смулову ни малейшего повода для ревности. В то же время озабочена проблемой вины, это уже из записей о Джильде. И не особенно верит в невинность и целомудрие, если судить по этим записям.

Что же она за человек? Монстр, бессердечный и глубоко циничный?

Настя бросила взгляд на часы — половина пятого.

Так, что еще мы знаем об Алине? Неразвитая устная речь. Бойкое перо.

Дневник! У нее должен быть дневник! Господи, это же было так очевидно! Куда подевался Коротков? Нужно срочно его найти.

Но Настя понимала, что найти Юру не так-то просто. Ладно, можно попробовать договориться со следователем. Жаль, что убийство Вазнис ведет не Ольшанский, с этим следователем Настя всегда могла найти общий язык."

"— Борис Витальевич, — торопливо заговорила она, когда дозвонилась наконец до следователя Гмыри. — Нужно еще раз осмотреть квартиру Вазнис. У нее должен быть дневник.

— Откуда сведения? — коротко спросил Гмыря, который не признавал никаких «вычислений» и опирался только на достоверные факты.

— Мне так кажется. Понимаете, по свидетельству людей, знавших потерпевшую, у нее не были развиты навыки устной речи, другими словами, она плохо говорила, запиналась, не могла внятно выразить мысль. Но я читала записи, сделанные ею в свободной форме, что-то вроде литературного эссе, и могу сказать, что письменная речь у нее развита более чем хорошо. При этом стиль изложения она избирает в форме диалога с невидимым собеседником. Понимаете? Я уверена, это следствие давней привычки вести дневники.

— Если бы дневники были в квартире, мы бы их изъяли, — сухо ответил следователь. — Не считай всех дураками.

— Борис Витальевич, не поймите меня превратно, но на труп Вазнис дежурная группа выезжала около девяти утра. Это же конец суточной смены, все устали, внимание притуплено, могли и пропустить. Я никого не хочу обидеть, но…

— Ладно, — неожиданно сдался Гмыря, и Настя поняла, что он торопится куда-то и хочет побыстрее от нее отделаться. — Завтра с утра пораньше съездим, до работы.

— А сегодня? Никак нельзя? — робко попросила она.

— Сегодня никак. Все, до завтра. В семь тридцать у дома Вазнис.

Не повезло, огорченно подумала Настя. Теперь придется ждать до завтра. Можно было бы, конечно, схулиганить и съездить туда без следователя. Но вся беда в том, что ключи от квартиры находятся у него. Оба комплекта: и те, что лежали в прихожей на тумбочке и принадлежали самой Алине, и те, что отдал Смулов.

Ладно, ничего не поделаешь. Но раз уж завтра они поедут на место преступления, надо извлечь из этого максимальную пользу. Во что была одета Алина Вазнис, когда ее убили? В ночную сорочку и пеньюар.