Наследие

Обычно я не ревнива, но мысль о какой-то обнаженной женщине в постели моего парня делает меня слегка… смертоносной. Полагаю, то, что Ханна сказала, будто это не редкое явление, несколько успокоило меня.

Я: Не знаю… А можем ли мы быть уверены, что эта девица вообще БЫЛА? Если верить сайту, это всего лишь прикрытие для отвратительной связи Г и Л.

Ханна: Логично.

Элли:!!?!!!!"

"Я прощаюсь с нашим чатом, прежде чем убрать телефон и потянуться за ноутом. Наш профессор по психологии прислал нам список литературы на следующий семестр, так что я решила начать читать на каникулах.

В этом году мне становится все труднее и труднее совмещать учебную нагрузку и рабочие обязанности. Не могу дождаться выпуска.

Я бросаю взгляд на телевизор, чтобы проверить счет, но остаток игры проходит не слишком напряженно. Бостон надирает задницу. Логан получает страшный удар в третьем периоде, но тут же вскакивает на ноги и катится прочь, и я понимаю, что он в порядке.

Вылавливая из динамиков фрагменты послематчевых интервью, я то смотрю в свой ноут, то рассеянно прокручиваю ленту «Инстаграма[1]», чтобы посмотреть, что там затеяла мама. Мама целыми днями рисует в своей студии и путешествует, когда не чувствует вдохновения, постоянно размещая фотки своих приключений.

Я очень надеялась, что она сможет приехать на Рождество, но у нее было открытие галереи. И теперь я не увижу ее до самого выпуска, когда на пару месяцев поеду к ней в Париж.

Как печально, что моя жизнь настолько беспокойна, что я вынуждена узнавать о делах своей мамы через социальные сети. Я делаю мысленную пометку позвонить ей завтра. С учетом разницы во времени звонить сейчас слишком поздно.

Сразу после полуночи в дверь, спотыкаясь, входит Логан.

Моя любимая часть домашних игр – видеть, как он возвращается домой в более-менее приличное время.

– Эй, красотка, – говорит он, когда замечает меня на диване. После игры он ходил выпить с друзьями по команде, и выражение его лица подсказывает мне, что он пьян.

– Привет. – Я щелкаю пультом, чтобы выключить телевизор, который все это время показывал сериал «Друзья». – Как твоя рука? Удар в третьем тайме выглядел болезненным.

Он сгибает свою скульптурную руку в локте, затем крутит запястьем.

– Все в порядке, – заверяет он.

 – Я неуязвим.

Он подходит поцеловать меня. Как всегда, в момент, когда наши губы соприкасаются, мое сердце поет.

Я так сильно люблю этого парня. Я обещала себе, что не буду той прилипчивой, плаксивой подружкой, которая скулит и жалуется на то, что ее парень постоянно в разъездах. И, не поймите меня неправильно, я не жалуюсь. Я понимаю, что у него жесткий график, действительно понимаю. Но я все равно ненавижу каждое мгновение нашей разлуки.

– Как твой вечер? – спрашивает он, плюхаясь рядом со мной.

– Скучно.