Наследие аристократки

Потом не выдержала и крикнула: – Не хочу тебя видеть! – В ее взгляде Валери видела настоящий ужас. Винни до смерти боялась прошлого, не могла о нем думать и не хотела его знать.

Валери кивнула, взяла пальто с сумкой и молча ушла. Но голос, требующий узнать правду, говорил в ней все громче.

Глава 8

Выходные Лоутон, как всегда, провел на яхте. У Валери на воскресный вечер были планы. Она сказала, что будет ужинать с друзьями, и Филипп подумал о мужчинах ее возраста, преимущественно вдовцах, которые ухаживали за матерью. Но Валери не интересовали романы, и к мужчинам она относилась как к друзьям. Мама не раз говорила ему, что единственный мужчина, которого она любила и будет любить, – это его отец, и Филипп верил ей, потому что помнил, как счастливы они были вместе. Валери ужинала с ухажерами, но свиданиями это никогда не называла.

Дома Лоутона ждала кое-какая работа, но по дороге он все равно заехал к матери, предварительно позвонив. Валери сказала, что уже вернулась и ждет его. Она предложила сыну бокал вина, а когда Филипп отказался, стала готовить чай. Валери вела себя необычно тихо, и он спросил, все ли у нее в порядке.

– Да, все хорошо, – быстро ответила мама, но это прозвучало неубедительно.

– Как прошли выходные? – Ее взгляд был мрачным, и это тревожило Филиппа.

– Вчера я ходила к Винни.

– И как все прошло? – Он знал, что его тетя порой бывает невыносимой – злой, самодовольной, холодной.

Валери печально улыбнулась:

– В стиле Винни. Она болеет, и настроение у нее не самое лучшее. – И стало еще хуже, когда Валери заявила, что мать их никогда не любила и, возможно, лгала насчет старшей сестры.

– Ты святая, – с чувством произнес Филипп. Он всеми силами старался избегать встреч с тетей и уже много лет назад бросил попытки построить с ней более-менее приличные отношения."

"Они поговорили о выставке художников Южной Америки – Валери ходила на нее в выходные, и ей понравилось – и еще об одной, которая открывалась в Метрополитен-музее. Только после этого она перешла к теме, которая интересовала ее больше всего. Валери пока не хотела открывать сыну всей правды, и потому самым непринужденным тоном произнесла:

– Я думала о твоем аукционе, на котором будут продаваться драгоценности из ячейки. Может, это звучит странно, но я хотела бы посмотреть на фотографии этой Маргериты – на все, которые у тебя есть, если это возможно. Ты сказал, что напечатаешь некоторые в каталоге, но я хочу увидеть их все. История этой женщины не выходит у меня из головы. Она умерла совсем одна, хотя раньше вела роскошную жизнь и была женой графа. Чувствую, это вдохновит меня еще на одну картину. – Валери старалась придать своему интересу творческий, а не личный оттенок.