Наследник

А еще стало понятно, что не стоит обманываться малыми летами царевича Дмитрия.

— Позволь спросить, Петр Иванович, кто этот отрок, столь похожий на тебя лицом?

Основатель славного города Свияжска как-то потерянно подтвердил:

— Сын. Хотел вот… К воинским занятиям приспособить.

— Да? Про старшего твоего, Ивана Петровича, я слышал немало хорошего. А еще один ученик моему дядьке не в тягость.

Увидев, как едва заметно дрогнуло лицо думного боярина (уж больно толстым вышел намек), наследник тут же «поправился»:

— Хотя, конечно, это ему решать.

Поглядев на отрока примерно двенадцати-тринадцати лет, царевич спокойно вопросил его имя. Тот, покосившись на впавшего в глубокую задумчивость отца, с едва заметной запинкой признался:

— Аникита."

"— Увидимся на следующем занятии.

Оставив за спиной бояр, буквально ошеломленных и растоптанных состоявшимся разговором, Дмитрий позволил себе улыбнуться.

«Тем для обсуждения подкинул, единство и родственную любовь в клане Шуйских укрепил да еще душеньку успокоил, на Захарьиных. День. Да что там день! Целый месяц прожит не зря.

Н-да, а теперь надо подумать, как объяснить происшедшее батюшке. Причем в наиболее выгодном для себя любимого свете».

Почти дойдя до теремной лестницы, десятилетний царевич вдруг намертво встал, буквально оцепенев.

— Мить, ты чего? Ну Митя?!

Переведя шалый взгляд на младшего братца, старший как-то растерянно выдал:

— Один килограмм равен весу кубического дециметра чистой воды при температуре четыре градуса. А одна аптекарская унция весит двадцать девять целых восемьдесят шесть сотых грамма.

Иван быстро глянул по сторонам, потом на лицо брата и опять осмотрелся, только уже помедленнее. Подумал, затем подшагнул поближе и громким заговорщицким шепотом поинтересовался:

— Это, Мить. А ты сейчас с кем разговаривал?..

Следующим днем его весьма ожидаемо позвали к отцу, причем известить об этом явился вернейший и любимейший из псов государевых — князь Афанасий Вяземский.

«Похоже, разговор мне предстоит серьезный».

Это мнение только укрепилось при виде серьезного выражения на отцовском челе и хмурого личика Василия свет Михайловича Захарьина.

Чей отпрыск столь неудачно стукнулся своим шлемом о дубовую сабельку наследника, что заработал что-то вроде сотрясения и отливающих синевой теней под глазами.

— Батюшка.

— Сынок.

Погладив первенца по плечу, великий государь сразу перешел к делу:

— Супружница Василия сильно захворала и ныне лежит при смерти. Арнольдишка ее усердно врачевал, а до него и иные лекаря старались, да только все без толку.