Наследник

Придирчиво осмотрев стол превращений[135] на предмет возможного непорядка, но так оного и не обнаружив, Клаузенд вновь вернулся к своим сокровищам. Спустя еще час увлекательнейшей сортировки содержимого разнообразных сверточков, кувшинчиков, шкатулочек и прочих емкостей, когда все было подписано и даже (ну большей частью) расставлено по длинным полкам большого аптекарского лабаза, выстроенного из крепкого камня и мореного дуба, к нему присоединился и малолетний подмастерье, как раз закончивший свои непонятные труды.

— Наставник?..

Отведя взгляд от ковчежца с толченым рогом косули, Аренд вгляделся в колбу, почти доверху наполненную мелкими темно-желтыми семенами, и понимающе кивнул:

— Зерна Pomo d’oro, иначе — Золотого яблока. Красивое, но довольно ядовитое растение. Знакомый аптекарь прислал по моей просьбе — возможно, его свойства смогут усилить мазь от сыпи на коже…

— Могу ли я взять немного себе? Моя служанка любит украшать горницы разной красивой зеленью.

Царский аптекарь польщенно кивнул (мог ведь и не просить, а просто взять сколько надо!..), не забыв напомнить об известной предосторожности при обращении со столь ядовитыми растениями.

— Кстати! Богатые дамы Испании и Нидерландов украшают свои дома и вот этим цветком.

Приняв из рук голландца очередную колбу, Дмитрий с некоторым трудом задавил желание немедленно протереть глаза.

— Heliantis. То есть…

Наследник машинально перевел услышанную латынь так же просто, как до этого без всяких толмачей понял название первого растения на итальянском.

— Солнечный цветок. М-м?.. Скажите, наставник, а у вас случайно нет Solanum tuberosum?

— Паслен клубненосный?.. Хм… что-то знакомое.

Поглядев, как ученик быстро набросал рисунок искомого растения, и поворошив свою память, фармацевт закивал:

— Теперь припоминаю. Ядовиты только соцветия, остальное же можно брать голыми руками. Сейчас на складе его нет, но можно отписать моим поставщикам, чтобы выслали десяток-другой кустов.

«Ничего, переживу. Мне пока и с помидорками да подсолнечником хлопот хватит. Однако как же все удачно получилось!..»

В некотором сомнении пожевав губами, Клаузенд уточнил:

— Вашей служанке этого хватит, Димитрий Иоаннович?

Вместо ответа наследник признательно кивнул, после чего ненадолго отошел с проверкой к небольшим глиняным формам. Внимательно их осмотрел, навесил пяток дополнительных больших гривенок[136] из свинца на непонятные штырьки, выпирающие из обожженной глины, и коротко поклонился своему учителю, прощаясь:

— Наставник.

Любопытство Аренда Клаузенда насчет того, чем именно занимался его ученик, так и осталось неудовлетворенным — на следующий день формы унесли в неизвестном направлении явившиеся за ними охранники царевича.