Наследник для оборотня (СИ)

Дикая первозданная природа.

— Сначала я вообще не понимал что делать — столько информации, и все это нужно внимательно изучить. А доверять я не могу никому.

Марина удивленно выгнула брови:

— Даже Радвану и Борису?

Дагмар улыбнулся ей:

— Никому. Но на тот момент у них были важные дела. А мне было необходимо отвлечься от мыслей о тебе. В общем, из всего, что отец насобирал, я кое-что понял. Во-первых, Орден снова здесь. И здесь они из-за этого. — Дагмар постучал пальцем по иллюстрации в книге, на которой была изображена ратуша. — Эта карта — копия той, за которой они охотились очень долгое время.

Если верить записям отца, то Орден потратил полвека, чтобы отыскать ее. Зачем?

Марина тихо прошептала:

— Чтобы знать, где проводить ритуал…

— Вероятнее всего. Потому что на карте обозначены подходящие для ритуала места.

Но все равно это была слишком зыбкая теория:

— А что еще ты заметил? Карта ведь не единственное, на что ты обратил внимание?

— Не единственное. Орден к чему-то готовится. Переводы огромных сумм, контрабанда. Долго в это вникать, но у меня есть основания полагать, что они закупают оружие. Много оружия.

Тот… кто на тебя напал в «Карамели», сказал кое-что… Думаю, он был связан с Орденом.

Марина развернулась в Дагмару:

— Кстати! Кем он был? Я думала, он такой же, но кажется, нет…

— Нет, мы разные. Я — прямой потомок первого берсеркера, рожденный от берсеркера и его невесты. А такие как Ковалевский…

Дагмар замолчал. Его молчание длилось так долго, что Марина уже отчаялась услышать ответ. Но и сдаваться она не собиралась. Ей нужно знать об этом странном, тайном, мире, как можно больше, если хочет выжить в новой реальности. Кажется, она уже и не мечтает вернуть свою прежнюю жизнь.

— И почему Ковалевский другой? Он рожден… не от берсеркера и его Невесты?

Дагмар качнул головой:

— Нет. Дело не в этом.

— Тогда что с ним не так?"

"— Когда-то давно Орден проводил эксперименты. Сначала они просто пили кровь берсеркеров. Потом, с развитием медицины, пытались ее перелить обычным людям. Ну и… так появились подобные Ковалевскому. Больше не люди, но и не животные. Они застряли посередине. Истинные берсеркеры не хотели принимать их. Иногда мой народ может быть… непомерно гордым и недальновидным.

Марина видела, что эта тема почему-то близка Дагмару, задевает его за живое.

Что-то было в его голосе, в интонациях, с которыми он это говорил. И он опять не хотел делиться с ней.

В груди возникло странное ощущение, как будто… Как будто сейчас решается что-то важное. И это «важное» напрямую зависит от нее. Сможет она собраться с силами и сделать первый шаг, или так и будет трусливо жаться в сторонке. Еще в «Карамели» Дагмар предупредил ее, что он зверь, животное. Но животное он потому, что это позволит лучше защитить ее.