Развод. Бумерангом по самые я...

Яйца, еще не вылупившиеся, начинают учить меня – старую курицу.

- Я просто подвез вашу маму и… это не то, что вы подумали!

Снова перевожу камеру телефона на себя, отхожу в сторону и совершенно спокойно спрашиваю:

- А даже если это то, что вы подумали? Что с того, девочки? – голос звенит как лист металла.

- Мам, ты что… обиделась? - удивляется Яна."

"- А у меня нет повода, милая? Не вы ли мне его дали? Вы уже достаточно выросли, чтобы хамить моему гостю, так что и я буду говорить с вами по-взрослому. Ваш отец изменял мне Леной. В этом доме, пока вы были на занятиях, пока отдыхали в саду, пока готовились к экзаменам в комнате – Они предавали нас всех! Ваш любимый папа и ваша любимая Лена! Это подло? Или я что-то путаю?

Молчание.

Краснеют, уводят глаза в сторону.

- Отлично. А потом он заявил, что я плохая жена. Что если бы я была как его юная любовница…

- Папа не мог! – Перебивает Полина.

- Но сделал! – Крик вырывается сам собой. Я больше не контролирую ни слова ни эмоции. – А затем пообещал оставить меня без гроша. Нет, не так. Сначала ваш папа угрожал мне, что я буду на паперти милостыню просить. Затем ударил вашего брата Тимофея, потому что увидел в нем конкурента.

Что молчите, или не знали?

По глазам вижу – и, правда, не знали. Об этом мой благоверный решил умолчать. Сейчас и Полина и Яна смотрят на меня с неверием и ужасом. Как будто им снова пять, и они впервые испугались грома. Сердце сжимается от жалости к собственным детям, но я силой подавляю этот инстинкт. Жалость в моем случае - слабость.

- Ваш отец поклялся не вмешивать вас в это дело, наш развод не должен был коснуться вас. Но когда ситуация пошла не в его пользу, позвонил и оболгал меня. И вместо поддержки, я получаю – что? Претензии, что я вас не хотела, и что у меня есть адвокат?! От самых близких, от моих девочек, которые за последнюю неделю делали что угодно, кроме одного – не позвонили и не узнали, в порядке ли я? Как я себя чувствую все эти недели? Как мне удается не сойти с ума от боли и обиды!

Молчат.

Им нечего сказать. Сейчас я разрушила кукольный розовый мирок своих девочек… папиных дочек. Все годыони жили в домике Барби, а злая мама взяла и разбила очки, которыми они смотрели на жизнь. И кажется, бедняжки, порезались осколками стекол.

- Если вам настолько жаль отца, отдайте ему свою долю бизнеса.

Или вы думали, что салоны не будут участвовать в дележке имущества? Нет, милые, ваш отец хочет получить их также, как и мою школу, как и Тимкин ресторан.

- Он… он не говорил, - шепчет Яна.

- А вы ему больше верьте. Это же папа, непогрешимый, почти святой!

- Мам, - Полина отводит глаза в сторону, - нам нужно все обдумать, мы позвоним и поговорим позже.

- Нет, - качаю головой. – Мы не будем говорить, пока вы не извинитесь. Потому что вы меня очень сильно обидели.