Развод. Бумерангом по самые я...

Раньше этим занимался секретарь — если поездка рабочая, или Карина — если решали куда-то сорваться на выходных.

Интересно, сколько времени тратила жена, перебирая варианты? Я устал на пятой минуте.

Метрополь. Первое, что высветилось в поиске. Пальцы сами потянулись к экрану, но я одернул себя.

85 тысяч за ночь. Слишком жирно.

Да и вопросы пойдут: «А что? А зачем? А главное — с кем?».

Нет, нужно что-то попроще. Неброское. Крепкий середнячок, где не будут пялиться на одинокого мужчину без багажа. Ибис за десять – нормально же? Не мой уровень, конечно, но на одну ночь – почему нет.

Хотя… Азимут через Сашкин двор выйдет еще дешевле.

Я ненавидел выбирать! И в итоге ткнул в тот, что был ко мне ближе всего.

В номере пахло хлоркой и дешевым освежителем — такими мерзкими штуками в стеклянных банках с палочками. Чаще всего с запахом цитрусов или лаванды. Ужасная гадость. И все равно лучше, чем затхлый дух Лениной хрущевки.

Всю ночь перед глазами мелькают кадры.

Ленино платье. Каринина ухмылка. Злость в глазах сына… и непонимание, обида у дочерей.

Прокручиваю наш разговор снова и снова и каждый раз нахожу новые детали.

- Девочки, как вы знаете, мы с вашей мамой разводимся.

… они молчат, не перебивают…

- Я хочу быть с вами честным, хоть мне самому неприятно все это говорить. Последние годы брака я был несчастлив, я не мог найти себе место – ни дома, ни на работе. У меня усугубились некоторые хронические болезни, которые я не мог вылечить, постоянно сидел на таблетках.

- Может, вам нужно было отдохнуть? Вдвоем, без нас?

Я отвожу взгляд. Мы пробовали. И на Мальдивах, и в Альпах, и даже на той дурацкой рыбалке у Юрки. Везде я чувствовал себя чужим. Сломанным. Ненастоящим.

А потом появилась она.

Первые недели я даже не замечал, что Лена переехала к нам домой. Она почти не выходила из комнаты, а если и появлялась, то тотчас растворялась в воздухе, как призрак. Выглядела она тогда соответствующе. Белая до прозрачности, тоненькая, с большими как у куклы глазами.

Помню, как однажды застал ее на кухне. Она испуганно вздрогнула и уронила чашку - тонкий фарфор разлетелся вдребезги!

- О господи, это же Каринина любимая, - прошептала она, уже приседая.

- Стой! - мой голос прозвучал резче, чем я планировал. - Порежешься.

Я сам взял веник.

Сам собрал каждый осколок. Сам помыл пол. А она стояла рядом -такая маленькая, такая ранимая.

- Спасибо, - она едва дышала. – Не знаю, чтобы без тебя делала.

И в этот момент я почувствовал себя... нужным. Впервые за годы.

Той же ночью за ужином Карина вдруг спросила:

- Кстати, бандитки, кто из вас спер мою чашку? Предлагаю признаться по-хорошему, вы же знаете, что из других я не пью!

Лена замерла. Я видел, как ее пальцы вцепились в край стола, как побелели костяшки.

Карина медленно перевела взгляд на девочек.