Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

«Я правда это говорил?» — всерьёз задумался над этим Шэнь Цинцю.

Похоже на то!

Не будет ли сейчас отказ от этих слов сочтён малость… бесстыдным?

— Ты — не обычный демон, — наконец отозвался он. — Ты — древний священный демон. Твоя родня погубила бессчётное множество людей, совершила бесчисленные преступления, с какой стороны ни посмотри. Тебя нельзя судить по общим меркам.

Этими словами он уничтожил последние надежды Ло Бинхэ. Его глаза вновь покраснели.

— Но ты это говорил! — повторил он дрожащим голосом.

«Да мало ли что я говорил! Помнится, я столько раз утверждал, что Шэнь Цинцю стоило бы кастрировать, что этими цитатами можно исписать несколько стоэтажных небоскрёбов сверху донизу!»

…Но на самом деле всё это было ни капли не смешно.

Шэнь Цинцю, который всегда славился тем, что умел безупречно владеть собой в любой ситуации, попросту не справлялся с нарастающим напряжением. Он мог лишь повторять про себя, словно мантру: «Боль и страдания, которые сейчас терпит Ло Бинхэ, помогут ему вознестись в будущем».

Без слов подняв голову, Шэнь Цинцю сложил пальцы в печать, призывая Сюя.

Державшая меч рука ходила ходуном, на ней даже от этого незначительного усилия проступили жилы. Глядя на него, Ло Бинхэ потрясённо пробормотал, словно не веря своим глазам:

— Учитель, вы действительно хотите убить меня?

Шэнь Цинцю высказался без обиняков:

— Я не хочу тебя убивать.

На своей памяти Ло Бинхэ никогда не видел столь же холодного и непреклонного выражения на лице наставника. Даже когда он впервые появился на хребте Цанцюн и заглянул в глаза учителя, он не обнаружил там ничего, кроме пустоты, словно тот смотрел сквозь ученика.

Такой же взгляд бывал у его наставника, когда тот говорил о демонах в прежние времена — в нём не было ни капли тепла.

— Но то, что сказал тот демон, не лишено смысла. Тебе не место в Царстве людей. Тебе следует вернуться туда, где твои корни.

Он шагнул вперёд — и Ло Бинхэ отступил назад; так они продвигались, пока не оказались на краю Бесконечной бездны.

Заглянув туда, можно было увидеть бушующую в её глубинах демоническую энергию, услышать вопли сотен тысяч потерянных душ, разглядеть тысячи уродливых конечностей, что тянутся из разлома к миру людей в неутолимой жажде человеческой крови и плоти.

Опустив Сюя к краю бездны, Шэнь Цинцю сказал:

— Отправишься туда по доброй воле, или это придётся сделать мне?

На самом деле, он питал эгоистичную надежду, что Ло Бинхэ и впрямь подчинится, спрыгнув в разлом без его вмешательства. Пусть это и жестоко, но всё же лучше, чем применение силы.

Однако Ло Бинхэ не собирался сдаваться.