Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

Вскинувшись в испуге от подобного шума, Шэнь Цинцю мягко упрекнул её:

— Что ты здесь делаешь? Разве деве подобает вторгаться в дом холостяка с подобным рвением?

Глаза Нин Инъин стремительно краснели, пока она не начала походить на крольчонка:

— Учитель, вы… вы голодны? Мне что-нибудь приготовить для вас?

— Нет нужды, — сухо кашлянул Шэнь Цинцю. — Ступай забавляться дальше.

Однако Нин Инъин, наступив ступнёй одной ноги на свод другой, проявила недюжинную настойчивость:

— Учитель, даже если нет А-Ло, у вас по-прежнему есть другие ученики! А вы в последнее время такой… отстранённый, словно утратили душу, и ваши ученики до смерти обеспокоены!

Шэнь Цинцю никогда, даже в своей предыдущей жизни, не думал, что такую фразу как «отстранён, словно утратил душу» можно будет применить к нему.

На самом деле, на таком уровне развития не имело значения, принимает он пищу или нет — он ел лишь чтобы потрафить своим вкусам, наслаждаясь любимыми блюдами. Он всего лишь на мгновение забылся, совершенно выпустив из виду, что сбросил Ло Бинхэ в бездонную пропасть — при чём тут потеря души?

Шэнь Цинцю открыл было рот, подыскивая слова для оправдания, но заметил, что Нин Инъин вот-вот расплачется.

Он поспешил утешить девушку, которая лишь после его многократных заверений, что он просто оговорился, прекратила хлюпать носом.

Выдворив ученицу, Шэнь Цинцю с облегчением вздохнул. И тут на него внезапно снизошло осознание, что эта девица, в оригинальном романе являвшая собой редкостный образец легкомысленности и избалованности, постоянно путаясь у всех под ногами, в последнее время немало выросла как личность.

Вы ж в курсе — она была неотъемлемой частью гарема Ло Бинхэ, наиболее капризной и приставучей — а теперь она, пусть и неуклюже, но искренне пытается утешить учителя, не страшась даже суровой отповеди!

Интересно, можно ли отнести это к числу его педагогических успехов?

Короче говоря, так больше продолжаться не могло!

Безусловно, Шэнь Цинцю всё это время был тем, кто волок главного героя по сюжету, словно овцу на заклание, но прежде у него и мысли не было, что главный герой исподволь увлёк в пропасть его самого.

Минуло всего ничего, а он тут ходит с видом несчастной вдовы, право слово!

«Да чтоб тебя!» — с этими словами Шэнь Цинцю мысленно дал себе оплеуху.

Какая ещё вдова? Это ж кто получается мужем?! Воистину, произносить подобные слова даже про себя значило наживать себе неприятности — недаром говорят, что собака не выплюнет из пасти слоновую кость!

При всём при этом он не мог не признать, что без Ло Бинхэ и впрямь было слегка одиноко.