Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

"

"Шэнь Цинцю воззрился на него в немом изумлении: выходит, она держала тебя в одиночной клетке, чтобы устраивать перед тобой персональный стриптиз — вот уж свезло так свезло! Если продолжишь в том же духе, пацан, то Ло Бинхэ тебя точно укокошит! И это бы не так меня беспокоило, не будь ты единственным и неповторимым учеником Лю Цингэ!

Переход через границу между мирами ощущался как не лишённая приятности завеса тёплой воды. Вынырнув из неё, они ступили на территорию Царства демонов.

В их мире уже перевалило за полночь, однако тут едва сгустились сумерки. Сам воздух казался иссушающим.

Пробыв здесь всего пару мгновений, Шэнь Цинцю ощутил головокружение, словно от резкого перепада высоты. Насколько он мог судить, внешние отличия от Царства людей были не такими уж значительными: лишь деревья растут куда реже — похоже, усилия по озеленению покамест не увенчались успехом.

Следуя за Ян Исюанем по иззубренным камням, Шэнь Цинцю вскоре достиг пещеры Чиюнь, мысленно поздравив себя с тем, что наконец-то посетил эту достопримечательность Царства демонов. И, надо признать, выглядела эта пещера весьма… необычно.

Демоническую эстетику испокон веков отличало выраженное пристрастие к темноте, из-за которого их резиденции, как постоянные, так и временные, по большей части располагались под землей, а входы в них более всего походили на роскошные мавзолеи.

«И что вы хотели изобразить этой кучей камней с тремя корявыми иероглифами на стоящем перед ними каменном знаке — надгробие, что ли?»

Шэнь Цинцю собрал в ладонь духовную энергию, готовый атаковать любого возникшего перед ним противника — однако на протяжении спуска в эту импровизированную могилу им так и не повстречался ни один стражник.

Если подумать, это также было не лишено смысла: издревле в обычаи демонов входило совершать набеги на Царство людей [4], но кому из последних придёт в голову заявиться в Царство демонов, да ещё и в самое их логово, чтобы повстречать верную смерть? Так что в охране просто-напросто не было надобности.

Попетляв по нисходящим каменным коридорам, они наконец вышли в обширный зал.

Пол устилали шкуры причудливых тварей, которые на первый взгляд казались живыми. По одной из них — тигриной — вышагивала босая Ша Хуалин.

Опасаясь, что Ян Исюань по неосторожности издаст какой-нибудь звук, тем самым выдав их присутствие, Шэнь Цинцю обернулся к нему, чтобы предупредить — но увидел, что юноша сам предусмотрительно закрыл рот ладонью. Успокоившись, Шэнь Цинцю продолжил осматриваться.

По обе стороны зала тянулись ряды клеток, в которых томились связанные [5] заклинатели в одеяниях различных школ. Среди них были как старики, так и совсем зелёные юнцы; иные клевали носом от утомления, другие же прямо-таки пылали праведным гневом.