Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

— Учитель… Что… что я наделал?.. — пролепетал ошеломлённый Ло Бинхэ.

Шэнь Цинцю хотел было прочистить горло, чтобы разрядить атмосферу, подбодрив его словами: ничего особенного со своим учителем ты не сделал, не бери в голову, однако вместо этого выплюнул хлынувшую в горло кровь.

Оба застыли, донельзя перепуганные её видом.

Однако Шэнь Цинцю не успел и пикнуть — Ло Бинхэ опередил его, ударившись в рыдания: его слезы падали на лицо учителя и стекали, очерчивая его контуры.

Шэнь Цинцю всегда панически боялся женских слез, но теперь он знал, что бывают вещи куда похуже, а именно, плачущий Ло Бинхэ.

Стараясь не замечать пульсирующей боли, он вытер лицо ученика, утешая его, словно маленького:

— Ну же, не плачь!

Однако слезинки продолжали безостановочно падать, скатываясь по его голым плечам, будто жемчужинки с разорванной нити. Обняв Шэнь Цинцю, он отчаянно всхлипывал:

— Учитель, прошу, не надо меня ненавидеть… Я не знал… Я не хотел причинить вам боль… Почему вы не отталкиваете меня? Почему не убили меня прежде?..

— Этот учитель знает, что делает, — бормотал Шэнь Цинцю, слабо похлопывая его по спине и поглаживая по волосам.

— Учитель пошел на это по доброй воле.

Утешая ученика, он ощущал растущее в груди чувство опустошённости."

"Это ж ведь его вишенку только что раздавили [8], разве нет? С какой же радости он должен утешать насильника — разве не должно быть наоборот?

Пожалейте уже его нервы! Лишившийся девственности Ло Бинхэ хныкает, будто обесчещенная девица!

— Слушай, может, наконец, вынешь его?.. — не выдержав, бросил Шэнь Цинцю.

Глядя на него сквозь блестящие на ресницах слезы, Ло Бинхэ, сконфузившись, подчинился, невзирая на то, что так и не получил желанную разрядку.

Невольно бросив взгляд между ног Шэнь Цинцю, Ло Бинхэ побелел окончательно, но всё же нашел в себе силы осторожно оправить нижние одежды учителя и накинуть на него собственное верхнее одеяние.

Шэнь Цинцю и вовсе не осмеливался опустить взгляд. Медленно сдвинув ноги, он сделал все возможное, чтобы совладать с подёргивающимся от боли лицом.

Чтобы хоть чем-нибудь отвлечь расклеившегося ученика, Шэнь Цинцю подобрал нефритовую подвеску Гуаньинь и жестом велел Ло Бинхэ склонить голову.

— Я думал… — забормотал тот, запинаясь от волнения.

— Думал, что она давным-давно потеряна… Я думал, что больше её не увижу…

Набросив красный шнур ему на шею, Шэнь Цинцю напутствовал ученика:

— Бережно храни её и больше не теряй.

— Я знал, что это учитель выручил меня тогда, — робко бросил Ло Бинхэ. — Но неужто он носил её всё это время?

Ну, строго говоря, не он, а Система — но решив, что этой деталью можно и пренебречь, Шэнь Цинцю еле заметно кивнул.

Ло Бинхэ тут же схватил его за руку, и слёзы вновь хлынули рекой.