Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

— Вы ж имеете дело с главой департамента Уничтожения-Всего-И-Вся бюро Цанцюн! Желаете узнать о методах расправы с демонами? Тогда вам на пик Байчжань!»

Всегда предпочитая поначалу действовать добром [8], Шэнь Цинцю взмахнул веером, покаянно бросив:

— Мы вовсе не желали разрушать ваше жилище — молю простить нашу неучтивость. Но мы пришли сюда по поручению семейства Хуан, что живёт под горой — они просят вас отпустить их молодого господина.

— М-м? Какой ещё молодой господин Хуан? — отозвалась госпожа Мэйинь. — К нам заявляются столько молодых господ с такой фамилией — откуда же мне знать, о котором вы говорите?

— Ну так отпустите их всех! — осклабился Лю Цингэ.

— Не то чтобы ваша покорная служанка не желала этого сделать, — в мнимом беспокойстве нахмурилась госпожа Мэйинь, — но ведь он сам не захочет нас покинуть. Что же ей делать, если он откажется?

Лю Цингэ во всеуслышание фыркнул.

Не желая затягивать этот бесполезный разговор до бесконечности [9], Шэнь Цинцю нетерпеливо предложил:

— Даже если так, могу я просить хотя бы привести его сюда? С прочим мы сами разберёмся.

— Ах, тогда прошу бессмертных мастеров пожаловать к нам, — шёлковым голоском поманила его госпожа Мэйинь.

Развернувшись, она плавной походкой исчезла в пещере. Шэнь Цинцю последовал за ней в нескольких шагах.

— Похоже, она не только не собирается показать нам господина Хуана, — бросил Шэнь Цинцю, понизив голос так, чтобы его слышал только спутник, — но и нас выпускать не намерена.

— Обойдётся, — отрезал Лю Цингэ."

"Однако разные обстоятельства требуют разного подхода [10] — и потому Шэнь Цинцю решил покамест подыграть демонице, не давая до времени понять, что они разгадали её игру.

Заклинателей отвели в широкую пещеру, устланную ароматными травами и парчовыми коврами. Дюжина прелестных фигуристых дев с круглыми веерами в руках разбились на две группки по обе стороны зала, непринуждённо перебрасываясь шутками.

Усадив их за каменный стол, госпожа Мэйинь заверила:

— Ваша покорная служанка уже послала за молодым господином.

Видя её намерения насквозь, Шэнь Цинцю тем не менее беззаботно улыбнулся:

— Простите, что затрудняем вас.

Госпожа Мэйинь радушно налила им по чарке вина, украдкой бросая пламенные взгляды [11] на нахмуренного [12] Лю Цингэ. Однако, как бы она ни надувала губки в мнимой обиде, Лю Цингэ лишь закатывал глаза в ответ на все её усилия. Глядя на это Шэнь Цинцю чувствовал, как в нём против воли закипает азарт.