Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)
«Почему, спрашиваете, я больше не могу читать новеллы в жанре гарема?»Шэнь Юань перерождается в теле молодого мужчины, подлеца и мерзавца Шэнь Цин Цю, которому предначертано умереть от руки своего ученика, Ло Бин Хэ.Это история, рассказывающая о злодее, собственными руками превратившего главного героя из маленькой белой овечки во властного мрачного императора.Эта история о каждом дне мастера и его ни о чем не подозревающего ученика, и о зарождении странной, по-собачьи преданной любви.
— Нет чтобы сказать: «с сотоварищем» или «с братом по школе» [25], как нормальный человек…
И с чего это он взял, будто они там «развлекались»? Один впал в неистовство [26], чуть не помешавшись от жара, другого зашвырнули в ледяной пруд ни за что, ни про что, наградив его лихорадкой от переохлаждения — чему тут, спрашивается, завидовать?
Он как раз собирался отчитать [27] Ло Бинхэ, когда тот внезапно перешёл на шёпот:
— А что произошло здесь, учитель помнит?
Такое, пожалуй, забудешь!
Это же здесь он впервые применил «Облегчённый режим», разве нет?
Да уж, шутить изволите…
Как мог он не помнить этого? Ведь именно здесь он был вынужден впервые подставить Ло Бинхэ.
Тогда он решился поставить жизнь ученика против своей, почти позволив Кожеделу ударить его — не самый благовидный момент его биографии, и сейчас Шэнь Цинцю невольно ощутил стыд, воскресив его в памяти.
Вновь оказавшись на «месте преступления», заклинатель почувствовал, что его сердце невольно дрогнуло, и выговор замер на устах — вместо этого он похлопал Ло Бинхэ по щеке:
— Давай не будем поминать былое, ладно? Сегодня учитель выполнит одно из твоих желаний.
— Правда? — Лицо Ло Бинхэ тотчас просветлело.
— А когда этот учитель… — Шэнь Цинцю оборвал себя, прежде чем успел выкопать себе очередную яму необдуманными словами.
Ведь, если бы он продолжил: «подставил тебя…» — он бы тем самым поставил себя в самое что ни на есть дурацкое положение [28]!
Отсюда вывод: следует избегать дурных поступков, чтобы они не аукнулись тебе в будущем.
— Раз уж учитель вспомнил об этом… — Залившись краской, Ло Бинхэ вытащил моток красной верёвки.
Привет, вервие бессмертных, давненько не виделись.
При виде шокированного выражения лица Шэнь Цинцю Ло Бинхэ поднял взгляд к потолку и со вздохом пробормотал:
— Уж не знаю, почему, но с тех пор, как мы совладали с Кожеделом, этого ученика долго мучили странные сны…
«…Что это ты имеешь в виду под “странными снами”? — при этой мысли губы Шэнь Цинцю непроизвольно дёрнулись. — Такие, после которых приходится стирать нижнее бельё?»
Отче, я согрешил. Итак, этот учитель поспособствовал и вступлению Ло Бинхэ в период половой зрелости.
Объект подобных сексуальных снов невероятно важен: даже если им по какой-то причине оказывалась не страстная старшая сестрица, то уж точно нежная тоненькая младшая сестричка, так ведь?"
"Одним словом, Ло Бинхэ не везло с самого начала, ему приходилось идти вперёд вопреки всем трудностям, что на него свалились… Как тут не прослезиться от сочувствия?
И всё же, каким бы состраданием ни проникся к нему Шэнь Цинцю, он и не думал соглашаться на это безумие.











