Мое темное желание (ЛП)

Я влезла в крошечный желтый бикини Даллас (""поскольку в ней я теперь похожа на болонью, засунутую в резинку""), взяла полотенце и, несмотря на мороз, спустилась вниз.

От поверхности бассейна густыми белыми облаками поднимался пар. Я нырнула с головой, пробив поверхность до самого дна и сделав целый круг, прежде чем вынырнуть на другом конце.

Я жадно вдохнула и наклонила голову к небу. Звезды заплясали по моему зрению, таяли друг в друге, превращаясь в лужицу слез.

Перестань жалеть себя. Они припасены для твоего дня рождения. Просто поплавай.

Я плавала. Пока мои мышцы не напрягались и не горели.

До тех пор, пока мне не стало казаться, что мои конечности отваливаются и уплывают. Круг за кругом. Пока, наконец, мой разум не прояснился.

Закончив, я запрыгнула на шезлонг в бассейне и закрыла глаза, не потрудившись вытереться. Неумолимый ветер лизал мое тело. Соски затвердели до онемения.

С моих волос на землю капала вода. Я сложила губы в строчку из песни, которую слушала каждую ночь на своей двухъярусной кровати в Сеуле.

Ребра — это не клетка. Это стены твоего дома.

Я сделала дрожащий вдох, отгоняя меланхолию.

Ты живешь в долг, Фэр.

Я не хотела, чтобы Констанс получила удовольствие, испортив мне жизнь.

Но что, если она права? — спрашивал крошечный голосок в моей совести. Что, если ты причиняешь ему боль?

Семя проросло в моем сознании, пустив корни в груди.

А как же ты сама? Этот человек причинит боль твоему сердцу. Победа над злой мачехой этого не стоит.

От одной мысли о том, что Эйлин будет в одном из этих пышных свадебных платьев, у меня в желудке забурлила кислота.

Как я буду справляться, когда придет время расстаться с моим личным демоном?

— Осьми.

 — Его успокаивающий голос накрыл меня, словно кашемировое одеяло.

Каждый мускул в моем теле напрягся, но я не открывала глаз. Его уверенные шаги приближались, хлопая по тяжелому гранитному настилу.

Под топом бикини мои соски напряглись, а сердце пропустило дюжину ударов. От одного только звука его шагов у меня в животе поднимался жар.

И все же я отказалась показать ему, как я рада его возвращению.

— Что ты здесь делаешь? Холодно.

Правда? Я не чувствую ничего, кроме своего желания к тебе.

— Ты хочешь подхватить воспаление легких? — прорычал он.

— Ты мне не родитель.

— Нет, но я — самое близкое, что у тебя сейчас есть. — Его голос смягчился. — Посмотри на меня.

Я открыла глаза.

На него было больно смотреть. Слишком красивый, с его волосами цвета вороного крыла, смоляными глазами и разрушительной костной структурой.

— Где ты был? — Я не смогла сдержать язвительных ноток в голосе.

Зак направился ко мне, излучая власть и богатство в темно-серых брюках и темно-кашемировом свитере, заправленном под черное пальто.

— У меня было несколько встреч в Вашингтоне.