Я не твоя собственность (ЛП)
Я знала, что следовало прислушаться к своему внутреннему голосу. И не соглашаться помогать своей подруге, но я согласилась, и русский своим угрожающим взглядом потрясает меня, и легко возбуждает в моем теле неистовые желания, заставляя потерять полный контроль над собой. Я сделала единственное, на что была способна — ушла (ладно, убежала) прочь, услышав вдогонку прощальную фразу: "Tы вернешься, когда тебе понадобиться моя помощь". Но я не смогла убежать от него в своих снах. Бог знает, скоро раз я пыталась. Но потом происходят совершенно немыслимые вещи — моя сестра пропадает во время похода, и беспощадный хищник — единственный, кто способен помочь ее отыскать, это он. Он сидит в своем кабинете, красивый, сильный мужчина, с холодными глазами, один взгляд которых способен заморозить мою кровь. Он соглашается помочь, но не бесплатно... Зейн Она убежала, словно напуганная лань, но я всегда был уверен, что она вернется. Теперь она вообразила себе, что может вот так просто сидеть здесь, в моем кабинете, и делать вид, будто ничего не произошло. Я не куплюсь на эту чушь. Мы оба знаем, зачем она пришла, и что хочет от меня получить. Она не может выкинуть меня из головы. Она желает, чтобы я удовлетворил ее желания, которые не оставляют ее напряженное тело с тех пор, как заставил кончить своими пальцами. Каждый раз, когда она закрывает глаза, она думает о том, что я мог бы проделать с ней. Но я не отношусь к людям, делающим одолжения. Я авантюрист и всегда есть цена за оказанную мной помощь. Книга содержит реальные сексуальные сцены и нецензурные выражения, предназначена для 18+ Переведено группой Life Style ПЕРЕВОДЫ КНИГ Переводчик Костина Светлана
Я вытаскиваю пробку и наполняю себе бокал, пузырьки шипят, про себя говорю тост: «За себя в этом доме» и делаю глоток.
— Мммм. Мне нравится.
У меня падает взгляд на икру, но я тянусь к клубнике и впиваются в нее зубами. Она настолько сочная и сладкая, что сок стекает вниз по пальцам. По непонятной мне причине, я вспоминаю детство, когда мне было четыре года, возможно пять, и я нашла недоеденный ярко-розовый леденец в нашем саду. Помню, как ужасно орала мама, глядя на меня из окна, требуя не есть ни в коем случае эту гадость, но я демонстративно облизывала грязь с леденца, поскольку он был очень вкусным на мой вкус. К тому времени, когда она выбежала из дома, я не только разжевала его, но и проглотила, так что у нее не было шансов, заставить меня выплюнуть, или выковырять его у меня изо рта. Она ударила меня по попе, но я не заплакала, поскольку была точно уверена, что не сделала ничего плохого.
Я делаю еще один глоток вкусного шампанского, ложусь на спину и закрываю глаза.
Как черт побери я собираюсь выжить этот месяц? Если буду ходить к нему раз в час, и он будет меня рассматривать исключительно, как полноценный сексуальный объект? Мне должно быть противно от этого, но почему-то это не так. Даже одна мысль, направиться к нему, чтобы утолить его похоть, делает меня возбужденной и напряженной. Кажется, настоящим сумасшествием, что я испытываю зависимость от его тела, когда он сознательно обращается со мной как с проституткой, которой я не являюсь."
"Я беру еще клубнику и запиваю ее шампанским. Жалко, что Стеллы нет здесь со мной. Вот смеху то было бы. Она явно бы потянулась за икрой, я уверена в этом. Я еще раз наполняю бокал. Нет смысла оставлять такое хорошее шампанское. Кроме того, я люблю шампанское.
Четыре, ну ладно, возможно, я выпила пять бокалов шампанского, поэтому осторожно выхожу из воды и одеваюсь. Движения довольно разгруппированные. Я даже не могу до конца застегнуть молнию на платье, стоит признать, что я слегка навеселе. Сажусь на пол, чтобы обуться, голова плывет. Господи, кажется я больше опьянела, чем мне казалось первоначально. Я хихикаю, зато было весело.
Он сказал через час, но сейчас, наверное, прошло только полчаса. Мне нужно выпить кофе. Протрезветь, прежде чем я пойду к нему, потому что иначе следующий бой, я тоже проиграю, если приду в таком состоянии. Кроме того, это дурной тон. Я поднимаю себя в вертикальное положение и покачиваясь, направляюсь в сторону двери.
— Вау, такой пол присущь трагедиям, — говорю я, голос звучит невнятно и очень громко в пустом пространстве.
Я открываю двери и созерцаю изогнутую лестницу. У меня такое чувство, что лестница какая-то бесконечная.

















