Безнадежно влип

– Жаль, что какой-то слесарь перекинул на себя одеяло.

– Слесарь? – непонимающе произношу я.

– Ну, лесник, я забываю кто обычно с такой бородой ходит. Кто ж знал, что он пленит тебя своей бородой. То ли дело Никита. Распиздяй, но смазливый. И в тебя реально влюбился.

– Или в бабки, за которые мажора отправили в глухомань охмурять девицу, – с явным удовольствием добавляет Миша.

– Или так, – как ни в чем не бывало соглашается Архангельский. – Хотя все равно с корректировками. Вообще, товарищи, дела наши плохи, если уж по серьезному. А ваши еще хуже, чем мои. Я не представляю, что должно случиться, чтобы Гриша дал добро на ваш союз.

Несколько секунд я нахожусь в полном загрузе. Они еще о чем-то говорят, я же вся ушла в себя. Даже не реагирую на звонок в дверь. Это точно не папа. Можно выдохнуть. Однако не получается. Все мои надежды на то, что он дал добро – моментально разрушились. Он просто ничего не знает обо мне. И если такой человек как Архангельский не хочет на мне жениться и не может этого избежать, то дела мои хуже, чем я думала.

Очухиваюсь я только тогда, когда в нос ударяет вкусный запах. Перевожу взгляд на стол.

Пока я была в раздумьях, любитель индийской музыки, принес пакеты с едой. Жуть как стыдно, но слюна и желудок зажили собственной жизнью при виде суши и роллов. Папа меня такой едой баловал редко, нет в ней ничего полезного, но она отчетливо засела в подкорке.

Сейчас вдруг четко поняла, что завидую этой паре. Я хочу так же, как они, заказать еду из ресторана и довольствоваться ею наедине с Мишей. Правда, сейчас я просто голодна. Тут уж не до любви. Предательский желудок дает о себе знать неподобающими звуками. Миша это явно услышал, как и окружающие, но отреагировал своеобразно: захотел встать.

– Не стоит, Михаил, проявлять характер, когда не нужно, – Архангельский тут же пресек его попытку встать вместе со мной. – Голодные люди – злые люди. Не стесняемся. За то, что уплочено, должно быть проглочено. Да и надо налаживать контакт.

Контакт не контакт, а есть жутко хочется. Схватила первый попавшийся на глаза ролл и отправила себе в рот. Попыталась накормить Мишу, на что он недовольно скривился, буркнув «я такое не ем». Немного утолив свой голод, до меня, наконец, дошли две вещи: Наташа смотрит на меня недобрым взглядом, видимо, посчитав меня причиной, по которой Вячеслав с ней сошелся.

Ну и второе: я в полной жемчужине. Что теперь будет со мной и Мишей? Как будто услышав мой не озвученный вопрос, Архангельский первый нарушил молчание."

"– В принципе, мы все можем жить в моем доме. Мы с тобой поженимся, – кивает в мою сторону. – А ты, Наталь Санна, так и остаешься типа моей служанкой. Ты, – указывает на Мишу. – Будешь моим охранником. – И будем себе жить поживать.