Убийство Серай (ЛП)

— Я прошу прощения за этот случай с официантом, — говорит он. — Все заказанное вами за ужином за счет заведения.

— Отлично, но этого недостаточно, — заявляет Виктор, вставая перед мужчиной. — Мне не понравилось, что Вы не предложили заплатить и за испорченное платье. Что это за ресторан? Определенно я сюда больше не приду. Вы владелец этого заведения?

Мужчина протягивает руку для рукопожатия, но Виктор отказывается.

— Меня зовут Уильям Стефенс, — представляется мужчина, убирая руку. — Я управляющий этого ресторана.

— Итак, Вы просто менеджер? — упрекает Виктор.

Официант смотрит на пол, избегая гневного взгляда Виктора.

— Я просил владельца, — оправдывается он.

Уильям Стефенс соглашается.

— Да, Маркус проинформировал меня о Вашей просьбе, но боюсь сегодня вечером это невозможно. Мистера Гамбурга нет на месте.

Фредрик встает, и наши глаза устремляются на него. Он делает последний глоток вина.

— Прошу прощения, — говорит Фредрик Виктору. — Мне уже пора идти. — Он бросает на меня быстрый взгляд. — Через два часа встретимся в отеле.

Я не удостаиваю его какого-то тайного взгляда или легкой улыбки, а просто киваю и возвращаю все свое внимание к Виктору и проблеме с платьем.

Фредрик и Виктор быстро прощаются, а затем швед уходит, оставляя нас наедине с менеджером.

— От имени мистера Гамбурга, — продолжает Уильям Стефенс. — Платье будет оплачено и вся еда за счет заведения.

Виктор рукой бьет по столешнице и неожиданно, словно ниоткуда рядом с Уильямом Стефенсом появляется вышибала. Тощий официант использует эту возможность и делает несколько шагов назад, увеличивая дистанцию между ним и нами.

— Пожалуйста, сэр, — говорит Уильям, стараясь разрядить ситуацию. — Не нужно сцен. Не могли бы мы поговорить в более укромном месте?

Виктор встает прямо перед ним, излучающий каждой клеточкой своего тела непоколебимую уверенность и нетерпимость. Вышибала также встает ближе к Виктору. Проходит несколько напряженных секунд, но ни один из них так и не пошевелился. Я знаю, Виктор может справиться с ними без особых усилий, а это напряжение, повисшее в воздухе, лишь часть его плана.

— Я хочу, чтобы за платье компенсация была предоставлена сегодня же, — требует Виктор. — Триста пятьдесят долларов. Наличными. И я подумываю засудить Вас и мистера Гамбурга за платье и за моральный ущерб, причиненный моей девушке.

Это слишком, но с другой стороны, я слышала, что многие люди судились и за более глупые вещи, а подобное легко сходило им с рук.

Уильям Стефенс согласно кивает.

— Очень хорошо, — говорит он. — С вашего разрешения, я пойду за деньгами.

Виктор кивает в знак одобрения, и тогда Уильям Стефенс уходит, а за ним и официант с вышибалой.