Убийство Серай (ЛП)

Просто нужно покончить с этим.

Это я и делаю. Все кончено.

Пока, Артур.

С уважением, Мэри.”

Мужчина не может отвести взгляд от жены. Его дряблый подбородок дрожит, когда он пытается сдержать слезы. Но мне все равно не жаль его. Не только потому, что до сих пор пытаюсь понять, как все это произошло, но потому что знаю, он не заслуживает жалости.

— Зачем вы здесь? — спрашивает Артур, его хриплый голос вздрагивает.

Виктор смотрит на меня.

— Дай мне карту памяти, — просит он.

Я достаю тонкую квадратную SD-карту из конверта и кладу её в руку Виктора. Он протягивает её Артуру Гамбургу, зажимая между большим и указательным пальцами."

"— Вся информация с этой флешки уже есть у моего нанимателя. Имена из твоего длинного списка клиентов, места подпольных операций, видео-доказательства дел, о которых твоя жена ничего не знала. Все здесь, — он швыряет флешку в грудь Артура. — Если кто-то придет за мной или Изабель из-за смерти твоей жены, которая не будет квалифицирована самоубийством, вся информация попадет к ФБР. Мы уйдем отсюда целыми и невредимыми и через передние двери. Все ясно?

Я вся дрожу, растеряна, взволнована и не уверена. Не уверена во всем. Артур Гамбург кивает, пот сочится по его подбородку и бровям.

Женщина протягивает руку, но затем снова опускает. Два пустых шприца лежат рядом с её ногами. Она чрезмерно накачана наркотиками. Я осматриваю её, находя следы уколов на локтях и лодыжках. Я больше не могу ничего поделать с собой и просто намереваюсь ей помочь. Но Виктор хватает меня за локоть, тем самым останавливая. Он многозначительно смотрит на меня, оружие до сих пор направлено в сторону Артура Гамбурга.

— Она цель, — говорит он, притягивая меня ближе. — Иди в комнату, в тумбочке у окна в ящике есть еще оружие. Принеси его.

Я хочу сказать нет, что не сделаю этого, но намерения так и остаются намерениями. Повинуюсь и исполняю приказ, потому что часть меня до сих пор верит Виктору ровно настолько, насколько другая часть хочет прекратить все это, пока дело не зашло слишком далеко.

— Ладно, — отвечаю я и бегу в основную комнату. Оружие находится ровно там, где Виктор и говорил, и я нервно беру его в руки и с осторожностью возвращаюсь в потайную комнату, словно оно собирается взорваться. Может быть, все ощущается именно так, потому что я знаю, для чего он предназначен. Он ощущается тяжелее, смертоноснее, более угрожающе, чем любой другой пистолет, который я когда-либо держала в руках. Даже тот ствол, которым я стреляла в Хавьера, не навевал подобные ощущения.

Мое сердце бьется где-то в пятках.

— Я предлагаю сделку, — говорит Виктор.

Теперь на нем черные перчатки.

Я подхожу к нему, покачиваясь на трясущихся ногах, и отдаю пистолет. Сама беру другой и убеждаюсь, что он направлен прямо на Артура Гамбурга.