Испанский любовный обман (ЛП)

Какие у него намерения в отношении нашей маленькой Лины?

Моя челюсть упала на пол.

Чаро, казалось, на мгновение задумалась об этом.

— No lo s'e, Mam'a (Не знаю, мама), — ее глаза остановились на мужчине позади или, скорее, надо мной. — Аарон, каковы твои намерения в отношении Лины? Ты ведь не просто дурачишься, не так ли? Что вы думаете о браке? Потому что Лине скоро исполнится тридцать и…

— Чаро, — перебила я ее. — Ya basta (Прекрати), — прошипела я. — И мне всего двадцать восемь. Господи.

Аарон усмехнулся позади меня.

— Брак – один из моих любимых институтов.

Моя челюсть ударилась об пол.

— Я всегда хотел жениться.

У меня перехватило дыхание, рот все еще был открыт.

— Завести кучу детей. И собаку тоже.

С трудом сглотнув, я изо всех сил постаралась скрыть свой настоящий шок. Я попыталась овладеть своим разумом, который блуждал в опасных розовых образах, рожденных словами Аарона.

Фейк. Он говорит только то, что хочет услышать каждая семья.

И тогда он действительно пошел на это.

— Мы любим собак, не так ли, bollito (булочка)?

Сумев поднять челюсть с пола, я ответил слабым:"

"— Да, — затем я покачала головой и каким-то образом пришла в себя.

Его смешок защекотал мне ухо.

— Но у нас еще много времени, чтобы поговорить об этом, — процедила я с фальшивой улыбкой.

— Ay que bien (Как мило)! Собаки, дети, настоящая любовь. Как раз вовремя, пока ты не стала слишком старой, — Чаро захлопала в ладоши, и я бросила на нее взгляд. — Mujer, no te pongas as'i, — не будь такой, сказала она. — Ты пробовал этот хамон, Аарон? Если ты когда-нибудь женишься и переедешь в Испанию, у тебя будет столько хамона, сколько ты захочешь.

Переехать в Испанию? Господи, чего она хотела? Заставить меня потерять самообладание?

Моя кузина продолжила: — Видишь ли, Лине пришлось уехать в Америку много лет назад из-за всего, что произошло, и…

— Чаро, — оборвала я ее, мое дыхание стало тяжелым. — D'ejalo ya, por favor (Завязывай с этим, пожалуйста), — умоляла я ее прекратить это.

В дверь снова позвонили. И я пробормотала себе под нос не очень тихое проклятие.

— Ой! Они здесь! — объявила моя кузина.

Что? Кто?

Затем она взяла мать под руку, и они вместе выскользнули из кухни.

Рука Аарона нежно сжала мою руку, и я выпустила весь воздух из легких.

После этого я была на взводе. И я собиралась проигнорировать — нет, забыть — его комментарий о браке, детях и собаках, потому что это было совершенно неуместно.

И я сделала это, как только его пальцы спустились к моему запястью. Прикосновение — ласка — такое легкое, такое короткое, но такое сильное, что оно вызвало волну дрожи, которая распространилась по всему моему телу.

— Расслабься, — сказал он мне на ухо. Его пальцы начали описывать круги по коже моего запястья.