Безжалостные святые (ЛП)

И моя жизнь зависит от него.

У меня лучшая защита в мире, и все же я чувствую себя крайне уязвимой. Ободранной до нитки. Одной.

Нет, не одной. У меня все еще есть Киллиан.

Мои глаза начинают гореть от пристального взгляда и постоянной борьбы за то, чтобы сдержать слезы. Медленно, я позволяю им закрыться. Последнее, что я вижу, – это темно-карие глаза Дэмиена, наполненные яростью и чем-то еще, для чего у меня нет слов.

Через пару минут Киллиан шепчет:

— Я думаю, она наконец-то заснула.

От Дэмиена доносится только ворчание.

Я собираюсь сказать им, что я не сплю, когда Киллиан говорит:

— Я была ее охранником со дня ее рождения.

Уинтер – дочь, которой у меня никогда не было. Она – моя жизнь.

От Дэмиена слышится только молчание, поэтому Киллиан продолжает:

— Она любит лошадей. Только их фотографии и те маленькие статуэтки. Она боится настоящих лошадей. Однажды, когда я хотел дать ей урок верховой езды, она закричала и до смерти напугала лошадь и меня. – Киллиан издает тихий смешок, и я чувствую, как он вибрирует по всему его телу.

— Зачем ты мне это рассказываешь? – спрашивает Дэмиен.

— Для того, чтобы ты увидел в ней личность, а не просто кровавую принцессу.

– Киллиан делает глубокий вдох. – Ты, вероятно, познакомился с ее сильной версией во время тренировок. Да, она вспыльчивая, но в ней есть гораздо большее. Она любит всем своим сердцем. Когда она смеется... – Я слышу улыбку в голосе Киллиана. – Это исходит из ее живота. Это громко и заразительно.

О, Киллиан.

Я изо всех сил пытаюсь выровнять дыхание, хотя мое разбитое сердце сжимается.

— Она любит дождь. Всегда думала, что облака плакали, когда она была всего лишь маленькой девочкой. – Он издает еще один тихий смешок.

– Она жила уединенной жизнью на острове. После смерти ее матери она попросила меня обучить ее, чтобы она могла защитить Шона. Он был для нее всем.

За словами Киллиана следует тишина, и я не могу удержаться от того, чтобы с трудом проглотить комок в горле. Я не могу сломаться перед Дэмиеном. Он здесь всего на год, а потом уедет. Прямо сейчас он мой хранитель, но через год он может стать моим врагом.

Киллиан прочищает горло, затем спрашивает:

— Расскажи мне о себе. Где ты вырос?

Секунды тянутся долго, прежде чем Дэмиен бормочет:

— Россия.

Семейное поместье. – Проходит еще несколько секунд, затем Дэмиен продолжает. – Мой дядя взял на себя воспитание меня после смерти моего отца.

— Скажи мне что-нибудь, что делает тебя человеком, – говорит Киллиан.

На этот раз наступает долгая пауза.

— Мне нравится дождь.

— Что еще? – Киллиан шепчет.

— Хватит. Я не собираюсь с тобой об этом разговаривать, – бормочет Дэмиен.

Становится тихо, и я могу слышать только наше с Киллианом дыхание.

— Какие планы на завтра? – спрашивает Киллиан.

— Мы отправимся в Баварию.