Безжалостные святые (ЛП)

Я начинаю стаскивать смокинг со своего тела, пока мои глаза обшаривают каждый дюйм ее обнаженной кожи.

Она гребаная богиня.

Я срываю с себя рубашку и быстро справляюсь со штанами и нижним бельем, одновременно скидывая обувь. Когда я, наконец, обнажен, глаза Уинтер блуждают по моему телу, и ее дыхание начинает учащаться, а ее зеленые радужки темнеют от голодного взгляда.

Поставив колено на кровать, я беру белые кружевные трусики и стаскиваю их вниз по ее ногам. Когда она полностью обнажена, мой взгляд опускается на аккуратную полоску рыжих кудрей.

Уинтер начинает двигаться, пытаясь сесть, и это заставляет меня схватить ее за плечи, прижимая к матрасу.

— Не двигайся, – рычу я, продолжая нависать над ней."

"Выражение ее лица превращается в свирепый взгляд.

— Я не собираюсь лежать неподвижно, как послушный сабмиссив.

Ее борьба заставляет мои губы изогнуться, а затем мой рот прижимается к ней.

— Ты подчинишься, – рычу я ей в губы, прежде чем прикусить ее нижнюю губу и пососать ее.

Она пытается отвернуть от меня свое лицо, и это заставляет меня обхватить пальцами ее горло.

Уинтер хватает меня за бицепсы, ее ногти впиваются в мою кожу, а затем она прижимается своим телом к моему.

В отличие от того, что было раньше, когда мы тренировались, и я подчинил ее, ощущение, как ее обнаженные груди прижимаются к моей груди, заставляет меня терять контроль.

Я начинаю насиловать ее рот, мой язык проводит резкие движения по ее языку. Уинтер ни капельки не подчиняется, но сопоставляет мои удары со своими собственными.

Желая взять верх, я просовываю другую руку ей между ног, частично ложась на нее. Когда я раздвигаю ее и мой средний палец прижимается к ее клитору, ее тело дергается, и она задыхается мне в рот.

Не давая ей ни секунды привыкнуть к моим прикосновениям, я начинаю жесткими круговыми движениями обводить чувствительный бутон. Дыхание Уинтер начинает прикасаться к моим губам, и, подняв голову, я ловлю ее взгляд, наполненный адским жаром.

Мой голос звучит тихо, когда я говорю:

— Подчинись.

— Нет, – выдыхает она, каждый мускул в ее теле напрягается подо мной.

Я усиливаю давление на ее клитор и без всякого предупреждения засовываю в нее палец. Ее внутренние стенки мгновенно сжимаются вокруг меня, пытаясь засосать меня глубже.

Я вытаскиваю палец и возвращаюсь к массажу ее клитора, пока черты ее лица не начинают напрягаться.

— Кончай, принцесса, – бормочу я, мой голос глубокий от желания увидеть, как она теряет контроль.

Ее хватка на моих бицепсах усиливается, а затем ее тело начинает содрогаться, когда с ее губ срывается всхлип.

Она не закрывает глаза, когда наступает ее оргазм. Вместо этого Уинтер не сводит с меня глаз. Ее губы приоткрываются со стоном, а затем ее тело прижимается к моему.