Безжалостные святые (ЛП)

— Мы отправляемся по делам, – внезапно говорит Дмитрий с порога.

Взглянув на своего брата и Алексея, я спрашиваю:

— На сколько?

— Мы вернемся завтра, – отвечает Дмитрий. Его глаза перемещаются между Уинтер и мной, затем он бормочет. – Наслаждайся своей брачной ночью.

Я смотрю, как они уходят, затем снова обращаю свое внимание на Уинтер.

— Сегодня вечером дом в нашем полном распоряжении, – говорит она об очевидном.

Я беру еще один кусочек курицы и, поднося его к ее рту, говорю:

— Тебе лучше поесть. Тебе понадобятся силы.

Ее губы изгибаются в дерзкой ухмылке, когда она откусывает кусочек.

Наши глаза не отрываются друг от друга, пока я кормлю ее, пока она не говорит:

— Спасибо. С меня хватит.

Взяв один из бокалов, я прижимаю ободок к ее губам, и, когда она пьет, немного проливается по ее подбородку и шее. Я наклоняюсь вперед и, начиная с изгиба ее шеи, облизываю влажную дорожку, ведущую к ее рту.

Ставя стакан, я кладу руки на бедра Уинтер и притягиваю ее к себе. Когда ее губы приоткрываются, мой язык проникает внутрь.

Наш первый раз вместе заставил ее подчиниться мне. Теперь речь идет исключительно об удовольствии.

Я хочу наслаждаться ее телом.

Я начинаю толкаться в нее, ткань мешает мне овладеть ею слишком быстро.

Проводя руками по ее бокам, я стаскиваю ее рубашку через голову и бросаю ее на пол. Мой взгляд опускается к ее груди, и я упиваюсь видом ее идеальных грудей, твердых, специально для меня.

Я провожу костяшкой пальца по ее соску, и уголок моего рта приподнимается, когда она отвечает резким вздохом.

Поднимая на нее глаза, я говорю:"

"— Тебе нравится, когда мои руки на твоем теле.

— Да, – выдыхает она.

Я кладу ладонь ей на грудь и наблюдаю, как ее ресницы опускаются на глаза, прежде чем я бормочу:

— Хорошо.

Я начинаю мять ее плоть, пока дыхание не срывается с ее губ.

Сокращая последнее расстояние между нами, я прижимаюсь своим лбом к ее.

— Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя, моя принцесса?

Она кивает, когда ее руки находят мои бедра.

— Умоляй.

Глаза Уинтер горят на моих, и в качестве стимула я снова трусь о нее своим членом.

Наконец, она смягчается.

— Пожалуйста, трахни меня, Дэмиен.

От того, как она произносит эти слова, в моей груди нарастает собственническое рычание, когда я сильнее прижимаюсь к ней.

Я толкаю ее лечь спиной на стол и снимаю с нее спортивные штаны.

Пока не снимая своих, я беру свой член через ткань и прижимаюсь к ее входу. Ее потребность во мне просачивается сквозь материал, когда я сильно толкаюсь, чтобы войти в нее только головкой своего члена, отчего ткань мешает мне проникнуть глубже.

Уинтер издает гортанный стон, и когда она пытается дотянуться до меня, я снова хватаю ее за руки, прижимая их по обе стороны от ее головы.