Попала, или Кто кого

Приводи себя в чувство, спускайся вниз, я тебя как надо накормлю и потом мне надо с тобой серьезно поговорить.

— О, нет. Я не поднял крышку унитаза и забрызгал все вокруг?

— Понятия не имею, но обязательно проверю. Вставай давай, — прихватывает в подмышку медвежье недоразумение и медленно идет на выход, цокая тапками с каблуком. С каблуком… Интересно, Света умеет ходить на каблуках? Охрененно важный вопрос с бодуна…

Не знаю каким усилием воли я приподнял свою затекшую задницу с кровати и пошел в душ. Но результат превзошел ожидания. Уже через полчаса я чувствовал себя не то, что бы хорошо, но значительно лучше.

По крайней мере, голова уже так не раскалывалась.

— Ну наконец-то, садись давай, блины уже остыли. Стой, — хватает меня за плечо и начинает принюхиваться.

— Сынок от тебя так пахнет. Ты там что, весь гель для душа на себя вылил?

— Я куплю вам новый.

— Да нет, я не об этом, просто от тебя пахнет другим…, - вновь принюхивается ко мне. — Не гелем.

— Чем?

— Перегаром, Кирюша. Так что зря только потратил гель. Его надо было в рот заливать, а не на тело.

— Ой, мам, прекрати. И так тошно.

— Не бойся, я тебе фенхель дам пожевать, на работе будешь почти огурцом.

Садись. Ешь блинчики, запивай кофе и давай поговорим о твоей девочке.

— Мам, это уже слишком. Я не подросток, чтобы обсуждать с тобой свои отношения с кем-либо.

— Кирилл, со всем к тебе уважением, все мужчины дети, даже не подростки. Будь вам десять лет или девяносто. Если тебе станет легче, твой папа вчера утром надел рваные трусы шиворот-навыворот.

— Вот ты сейчас к чему это сказала?

— К тому, что ему уже пятьдесят девять, но он все равно такой же ребенок, как и ты. И если бы не я, он так бы и расхаживал по дому.

— Ну и пусть бы расхаживал. Естественная вентиляция еще никому не помешала, — закидывая в рот оладью, спокойно отвечаю я. — Мам, у меня нет желания о чем-то говорить."

"— А ты не говори, а просто слушай. Забудь все, о чем тебе говорил Саша, — еще б я помнил, что он мне говорил. — Нет, твой папа, конечно, умный человек, но сейчас тебе не надо его слушать. Тебе надо сменить тактику. Нет, конечно, ванильным соплежуем становится не надо и лить девочке сироп в уши тоже не стоит… но она любви хочет, понимаешь? Ее же я так понимаю никто не любил и тут ты со своими открытыми желаниями.

— Это тебе папа рассказал?!

— Нет, конечно. Я сама слушала, он бы что-то важное упустил.

— Мама, я не желаю этого слушать. Мне тридцать шесть лет, и я в состоянии сам определиться, как мне вести себя с женщиной.

— Так в том то и дело, что она не женщина, Кирилл, а девочка, причем проблемная. Ну не злись, послушай. Будь чуточку мягче, не напирай так. Заинтересуй ее, покажи ей то, чего она не видела. А учитывая, что она ничего не видела — у тебя вообще все козыри в руках.