Попала, или Кто кого

Вот переедет она в нашу квартиру и воспользуйся этим с умом. С умом — это не прижать к стене и помахать своим посохом. Не дави ты на нее, в конце концов, иначе, чем ты отличаешься от ее родственницы? — Немыслимо…. просто немыслимо! Сколько нужно было выпить, чтобы так трепаться с отцом? — Дай ей чуточку свободы, но при этом будь рядом. И на работе, и случайно так… типа «Привет, а я вот тут гулял с собакой, и думаю зайду навестить тебя» Ну кофе там попить, просто поговорить… без посоха. А на выходные можно воспользоваться все той же Машей и пригласить твою Свету… ну скажем, на шашлык.

Типа собаке нужно хорошенько погулять перед буднями, да и вы развлечетесь. Костер, еда, все дела…

— Пепел от посоха…, - бросаю я, не сдерживая смеха.

— Совершенно не смешно, — какая-то секунда, и мне на лицо пшикают чем-то холодным из флакона.

— Ты чего?!

— Это термальная водичка, полезна для кожи.

Сказать что-либо я не успел, через несколько секунд таких пшиков было еще три, так, что с меня стало капать.

— Соленая, — демонстративно сплевываю.

— Конечно, соленая. Там пятнадцать минералов. Укрепляет, восстанавливает, защищает.

Могу тебе подарить одну, будешь ходить увлажненным.

— Нет, спасибо.

— Кирилл, не будь упрямым дураком, меняй тактику и послушай мать, в конце концов, — вполне серьезно произносит она, отпивая кофе из чашки. — Надо быть сдержаннее, если не пошло другое.

— Учту.

— Ты про Машу не забыл?

— Как я мог забыть о ее существовании, когда она мне козявки из носа вылизывала?

— Ну вот она тебе нос почистила, даже самому не придется его ковырять, а ты все на нее наговариваешь. Не забывай о ней, пожалуйста, когда мы уедем.

Утром перед работай десяти минут будет достаточно для прогулки. В обед она все сделает на пеленку. А вечером перед сном и ты подышишь воздухом, и Машка погуляет.

— Я подумаю.

— Кирилл!

— Всем доброго хреноутра, — оборачиваюсь на охрипшего и слегка отечного папу. — Видать этот коньяк делали не девственницы, а какая-то обиженная шлюха. Поди что-то туда подмешала.

— Закрой рот, Саша, и ешь блины. А ты, Кирилл, надеюсь меня услышал. За руль я тебя такого не пущу, сама тебя отвезу. На твоей машине, не бойся. Все, ешьте.

* * *Трусиха, какая ж ты трусиха… Пожалуй, это единственное, что крутилось у меня на языке все три часа долбанного занятия, на котором отсутствовала Света. Донорской справкой она закроет два дня пропуска по болезни, ну-ну. Глупая трусиха! Голова и так разрывается на части и на тебе — не пришла. Просто не пришла! Держусь из последних сил, чтобы не написать что-нибудь гадкое ей в сообщении. И, как ни странно, останавливали меня от дурацкого поступка слова матери «не будь упрямым дураком, меняй тактику».