Джамп

Я здесь семь лет уже…

То ли ему было не двадцать с небольшим, как я подумал, то ли он начал воевать, еще будучи подростком.

– Галис, он, конечно, правильно говорит. Силовое решение – не метод. Только медленное выдавливание. Но они же тысячу лет зеленых давят! И еще тысячу будут!

Он глотнул из бутылки и, не спрашивая, протянул ее мне.

Я послушно приложился. На второй раз коньяк горло не обжег. Ох видел бы меня сейчас дед!"

"– Методично… планомерно… их самих с планеты выкурят планомерно! Разведут болота, превратятся в жаб, станут икру метать…

Хрипло рассмеявшись, Снег с трагической откровенностью в голосе воскликнул:

– Знаешь, чего я хотел? Вот когда сюда попал? Получить машину.

Стать классным пилотом. И так зеленых прижарить, чтобы вмиг все во Врата покидались! Чтобы потом идти по улице – нет, грудь не выпячивать и даже глаза опускать, а все мне улыбались. И каждый, каждый на планете знал – счастьем своим он мне обязан! Нет, не думай, я бы на дивидендах не почивал и сливки бы не снимал со своей славы. Нет! Но пусть каждый бы знал – мне он обязан! Мне!

Он перевел дыхание. Жалобно спросил:

– Дурак, да?

– Нет.

Мальчишка просто.

– Угу. Мальчишка. Был. Лучше скажи – ты о чем мечтаешь? Не о том же?

Я вздрогнул, как от удара.

А может быть, Снег прав?

И наперекор всему, что я сам о себе думаю, только это играет роль? Потому и пошел – наперекор Данилову, наперекор своей стране, лишь бы оказаться единственно правым… спасителем мира.

– Ага, молчишь, – удовлетворенно сказал Снег. – Вот так-то!

Мы сделали еще по глотку. Напьюсь. Точно напьюсь.

– У вас разрешено пить в любое время? – спросил я. – А если тревога?

– Не накаркай! Будет тревога – протрезвеем, не сомневайся!

Угу.

Видал я таких героев. Хорошо хоть в этом порядок был – вмиг вылетали из училища…

– Нет, Петр, если захочешь уйти – я тебе только удачи пожелаю! – с чувством сказал Снег. – Не знаю уж, чем тебя Торговая Лига привлекла… тоже ведь по-своему недоумки… с Тенью бороться…

– Что?

– А вот то! Видать, у вас потому их и невзлюбили… революционеры, смех один. Интересно, конечно…

Его слова заглушил гул. Низкий, отозвавшийся по всему телу.

– Накаркал, блин! – завопил Снег. – Эх, черт, только разговор…

Гул замер где-то на самой границе слышимого.

Снег стоял, сжимая бутылку. Потом бережно опустил ее на стол, буркнул:

– После вылета расслабимся.

Голос его был абсолютно трезвым.

Впрочем, и у меня не осталось ни следа от опьянения. Как это можно было сделать – ума не приложу. Но, наверное, на всей базе подгулявшие пилоты сейчас приходили в себя.

– Тебе машину дали? – спросил Снег.

– Да.

– Тогда бежим!

Слова Галиса о двух минутах сами собой всплыли в сознании. Я вскочил. Снег схватил меня за руку, поволок за собой, безошибочно ориентируясь в темноте.