Его кексик (ЛП)
Горячий босс — это же так круто, правда? Да. Несомненно. Но я уверена, никто не позволит себе ничего такого… Все, что мне нужно, — это несколько месяцев не поддаваться его обаянию. В январе я лечу в Париж осуществлять свою мечту. Хочу стать художницей. Жаль только, я не смогу получить свою порцию лакомства и съесть его... Да, забыла упомянуть, что мой горячий босс — это мое школьное увлечение. Не совсем так, но… Почти. Сначала я упорно пыталась добиться его своей мимишной любовью. А кончилось все тем, что мне захотелось его прибить. И вот теперь он опять появился в моей жизни. Ну почему он не повесил себе на грудь устрашающую табличку «Руками не трогать!». Один маленький вопрос: нарушу ли я собственное табу, если сделаю это без рук?.. Позвольте, я сама отвечу на свой вопрос. «Да, Эмили, озабоченная девчонка, это будет грубейшим нарушением». Тем более впереди меня ждет мечта всей моей жизни — эдакий блестящий маленький подарок в идеальной упаковке. Ну, если я, конечно, не сорвусь и побуду хорошей девочкой. Иначе окажусь — если все же рискну — полной идиоткой. А ведь я всю жизнь доказываю, что не дура. Это похоже на ситуацию, когда ты весь семестр старательно зубришься каждый урок, а потом вдруг заваливаешь итоговый экзамен. Правда, все не совсем так... Но три месяца — огромный срок. И даже если я в конце получу большой жирный «уд», то вряд ли буду счастлива. Все, что я должна сделать для своего босса, — это быстро выполнить одно не очень сложное задание. Несколько постеров и кое-какой реквизит для большой вечеринки на Хэллоуин, которую он устраивает. Затем я просто уберусь подальше от его завораживающих глаз и идеально накаченного тела. Схвачу билет на самолет и напрочь выброшу из головы наших чудесных деток, которые могли бы бегать по нашему, окруженному белым заборчиком, дворику.
Мало того, что в нем я была неуклюжей, отчего чувствовала себя деревенской дурочкой, так еще и выглядела по-идиотски.
— Что ты делаешь? — удивился Райан.
— Пытаюсь выбраться из этого дурацкого долбаного костюма... — я начала вытаскивать ноги. — У-у-ух! — потеряв равновесие, я покатилась вниз по лестнице.
У меня перед глазами все завертелось и закружилось. Затрудняюсь сказать, каким чудом мое лицо не встретилось ни с одной ступенькой, но вниз я катилась до тех пор, пока не врезалась в стену. Колени и локти немного побаливали, но, к счастью, я не пострадала.
Райан, бросившийся следом, упал возле меня на колени. Он начал ощупывать мои руки и ноги, пытаясь определить, все ли у меня нормально.
— Я в порядке, — сказала я и, оттолкнув его руки, поднялась на ноги.
Наконец я полностью выбралась из костюма, но мне от этого не стало легче. Я осталась в облегающем бежевом боди, в котором выглядела также нелепо.
Швырнув костюм на пол, я угрожающе ткнула в Райана пальцем.
— Не вздумай смеяться, — предупредила я его.
Он поднял руки вверх, словно это был пистолет, а не палец, и решительно помотал головой. Но я готова была поклясться — он едва сдерживал смех.
Не раздумывая, я рванула вверх по лестнице.
Возможно, двери на нижних этажах не были заперты, и я могла бы добраться до вестибюля и сбежать из этого бедлама. Но мне вдруг нестерпимо захотелось глотнуть свежего воздуха, а выход на крышу, как я знала, был совсем близко.
Я понимала, что моя реакция на признание Райана была чересчур острой, и теперь жалела, что не дала себе времени все обдумать. Но гордость и гнев не позволили мне вернуться и сказать ему об этом. Тем более, сердясь на него, я была в своем праве. Хотя в какой-то степени разделяла его душевные метания. Уильям действительно поставил его в дурацкое положение.
Да, Райан сделал неверный ход. Но сделал это не злонамеренно.
Умом я, правда, все понимала. Вот только для прощения одной лишь логики было недостаточно. А прямо сейчас эмоции захлестнули меня, затмевая разум.
* * *
Толкнув дверь на крышу, я замерла, не зная плакать мне или смеяться. По всей видимости, Уильям спланировал запереть нас, чтобы устроить романтический вечер, так как повсюду были развешены гирлянды, стояли цветы и горели свечи.
Несмотря на внушительные размеры самого здания, единственно доступная площадка была чуть больше двухкомнатной квартиры. И здесь, на верхушке Нью-Йорка, это выглядело как сладенький волшебный кусочек фэнтези.
Внезапно мой взгляд — я аж подпрыгнула от неожиданности — натолкнулся на стоявшую возле стола Грэмми с губной гармошкой в руке.
— О, — удивилась она. — Вас же должно быть двое.
— Э-э-э... — я отступила на полшага к двери.
— Райан заплатил мне двести баксов, чтобы я пришла сюда и что-нибудь для вас сыграла.

















