Искушай меня в сумерках (ЛП)

Это ставит меня в совершенно невозможное положение... – она издала дрожащий, печальный смешок и беспомощно посмотрела на сестру, будто желая спросить: ""Ну, и что мне делать с этим мужчиной?"".

Вместо ответа Амелия повернулась к мисс Маркс.

Компаньонка явно была смущена и растеряна, хоть и старалась это скрыть за внешней невозмутимостью.

– Поппи, возможно, я смогу пролить свет на ситуацию. То есть, на то, что сделало Гарри таким недоступным.

Ошеломленная легкостью, с которой Кэтрин произнесла имя Гарри, Поппи уставилась на нее, не моргая.

– Вы знаете моего мужа, мисс Маркс?"

"– Пожалуйста, зови меня Кэтрин. Мне очень хочется, чтобы вы считали меня своим другом.

Светловолосая женщина напряженно вздохнула:

– Я знала его раньше.

– Что?! – слабо переспросила Поппи.

– Я должна была сказать вам. Мне очень жаль. Мне нелегко об этом говорить.

Поппи изумленно молчала. Нечасто люди, которых она так давно знала, открывались ей с новой, удивительной стороны. Мисс Маркс и Гарри как-то связаны? Это ужасно нервирует, особенно принимая во внимание, что оба об этом молчали. Вдруг ей в голову пришла мысль, от которой она похолодела:

– О, Господи! Вы с Гарри что, были...

– Нет! Ничего подобного. Но это очень запутанная история, и я не очень понимаю, как... Знаете, давайте я сначала расскажу вам, что я знаю о Гарри.

Поппи завороженно кивнула.

– Отец Гарри, Артур Ратледж, был чрезвычайно амбициозен, – начала Кэтрин. Он построил отель в городе Буффало, в штате Нью-Йорк, как раз тогда, когда там начал развиваться порт. И достиг некоторого успеха, хоть он и был отвратительным управляющим – гордым, упрямым и авторитарным. Артур женился, когда ему было уже под сорок. Выбрал местную красавицу, Николетт, известную веселостью и обаянием. Она была моложе его более, чем вдвое, у них не было почти ничего общего. Не знаю, может, Николетт вышла за него только из за денег, а может, они поначалу испытывали друг к другу симпатию. К сожалению, Гарри родился через весьма недолгое время после свадьбы. Это породило множество толков о том, является ли на самом деле Артур его отцом. Думаю, слухи способствовали отчуждению супругов. Короче, независимо от причин, брак был крайне неудачным. После рождения Гарри Николетт вела себя довольно нескромно, и, наконец, убежала в Англию с одним из любовников. Гарри в то время было четыре года.

Выражение лица компаньонки стало задумчивым. Кэтрин настолько глубоко погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, как хорек взобрался к ней на колени.

– Родители Гарри и до этого его не слишком замечали. А после побега Николетт, отец его просто игнорировал. Хуже, чем игнорировал, подверг намеренной изоляции. Артур поместил его в некую невидимую тюрьму.