Искушай меня в сумерках (ЛП)

Гарри обнаружил, что его оставили наедине с Поппи, которую, как и ее сестру, похоже, совершенно не возмущали обезьяньи выходки. Они посмотрели друг на друга: он с рапирой в руке, она со своим зонтиком.

Поппи оглядела его фехтовальный костюм и вместо того, чтобы застенчиво промолчать или проявить подходящую к случаю нервозность юной леди, оставшейся без защиты компаньонки...она начала разговор.

– Мой отец называл фехтование ""физическими шахматами"", – произнесла она. – Ему очень нравился этот спорт.

– Я пока еще новичок, – признался Гарри.

– По словам моего отца, весь фокус в том, чтобы держать рапиру так, словно это птица у вас в руке: достаточно крепко, чтобы не дать ей улететь, но и не слишком жестко, чтобы не раздавить ее.

– Он давал вам уроки?

– О, да, мой папа всех своих дочерей пытался научить фехтовать. Он говорил, что не знает ни одного другого вида спорта, который бы так точно подходил женщинам.

– Конечно. Женщины сообразительны и быстры.

Поппи кисло улыбнулась:

– По-видимому, недостаточно, чтобы ускользнуть от вас.

Сухому юмору этого единственного комментария удалось мягко высмеять и его, и ее саму.

Каким-то образом они оказались, ближе друг к другу, хотя Гарри не был уверен, кто кому шагнул навстречу. От девушки исходил восхитительный аромат: волнующий запах ее кожи, духов и мыла. Вспомнив, как мягок был ее рот, он вновь так сильно захотел поцеловать ее, что едва сдержался, чтобы не потянуться к ней. Гарри был ошеломлен, осознав, что слегка задыхается.

– Сэр! – Голос Валентайна вернул его к действительности. – Макака лезет вверх по веревке.

– Там ей некуда деваться, – резко сказал он. – Попробуйте сдвинуть подьемник и поймать ее под потолком.

– Вы навредите животному! – воскликнул нарайец."

"– Я могу только надеяться на это, – проворчал Гарри, раздраженный вмешательством. Он не желал утруждать себя организацией поимки непокорной макаки. Он хотел побыть наедине с Поппи Хатауэй.

С крайней осторожностью, неся ружье Дрейзе, появился Уильям Каллип.

– Мистер Ратледж, вот оно!

– Спасибо. – Гарри потянулся было к ружью, но в ту же секунду Поппи подалась назад в бессознательном испуге, ее плечо врезалось ему в грудь. Гарри поймал ее за руки и почувствовал сотрясающую ее паническую дрожь. Он осторожно развернул девушку к себе. Ее лицо побледнело, в глазах был страх.

– Что такое? – мягко спросил он, прижимая Поппи к себе. – Ружье? Вы боитесь оружия?

Она кивнула, пытаясь перевести дух.

Гарри был потрясен своей реакцией на нее, нахлынувшей волной желания защитить. Она дрожала и задыхалась, ее рука была прижата к центру его груди.

– Все в порядке, – прошептал он. Гарри не мог вспомнить, когда кто-нибудь в последний раз искал у него утешения. Возможно никто и никогда.