Испытание Виктории (ЛП)

— О Реймонте я понимаю, но что насчет Виктории и меня?

— Лукас, это просто застало некоторых врасплох, вот и все."

"— Почему?

— Ну…

— Выкладывай, Додж, — майор начал злиться.

— Одна из причин — Виктория. «Легенда» о Виктории, стоящей перед ассамблеей, требующей свое право принять решение о наказании Одрика. Черт, Лукас, ей было девять!

— Я знаю, сколько ей было лет, я был там.

— Некоторых это пугает.

— А остальные причины? — по колебаниям Доджа, он мог сказать, что ему это не понравится.

— Некоторые думают, что вы родственники. Как брат и сестра.

— Черт! Люди так глупы?! Она мне не сестра!

— Я знаю, — Додж положил руку на его плечо.

 — Некоторые просто не задумываются об этом. Послушай, это пройдет. Дай им время.

— Я не должен был так открыто поступать. То, что происходит между Викторией и мной, наше дело и никого больше.

— Ты действительно в это веришь? Что вы можете быть как все? — Додж бросил на него недоверчивый взгляд.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? Мы и есть такие!

— Лукас, мы дружим еще со времен Академии. Ты же знаешь, иногда к тебе относились по-другому из-за твоего отца. Подожди! — Додж поднял руку, останавливая его.

 — Позволь мне закончить, — Додж дождался, когда Лукас кивнет. — Ты никогда не просил особого отношения. Ты заслужил делами свое место и все награды. Я знаю это, и ты тоже знаешь. Во всяком случае, ты работал в два раза больше, чтобы компенсировать это. Но ты также знаешь, что есть те, кто никогда не поверит этому. Они не могут делать то, что делаешь ты, поэтому пытаются дискредитировать тебя, говоря, что это только из-за твоего отца. Ты всегда знал это, ты просто игнорировал их.

Лукас знал, что Додж прав.

Были времена в его карьере, когда высказывались замечания, задавались вопросы, даже в Академии, когда его отец был простым капитаном.

— Виктория — племянница королевы, потерянной принцессы. Они были спасены с далекой планеты тобой и твоим отцом. Они помогли раскрыть предателя, который угрожал всей Коалиции. Виктория стояла перед полным советом, его знала вся Коалиция, а эта девочка требовала свое право. Она говорит на языке мятежников, выпускница медицинской школы в Монтре в восемнадцать лет. Она называет адмирала, твоего отца, дядей.

Ты должен понимать, как некоторые люди будут смущены и напуганы.

— Бред, — Лукас начал растирать свою шею. Он думал, что понимал, о чем Тори предупреждала его. Похоже, это было не так.

— Начинаешь понимать, да? Вы никогда не будете просто еще одной парой, как все остальные. Всегда найдутся те, кто попытается разорвать тебя на части.

— Им не повезет, — взгляд Лукаса был жестким. — Она моя.

— Вроде как со вчерашнего вечера. Я рад за тебя, мужик, она того стоит.

— Да, она больше не одна, больше нет. Пока я жив.