Король гордости (ЛП)

Чувственная твердость его рта. Головокружительный жар и его аромат.

Каждая моя слабость была разграблена и доведена до подчинения.

У меня закружилась голова, и я не сопротивлялась, когда Кай подвел нас к креслу. Часть меня отметила, что мы все еще были на публике, несмотря на пустую комнату, и кто-то мог войти в любую секунду, но вряд ли это казалось важным, когда он вот так сжимал мои волосы и теребил мою нижнюю губу.

Каждая дрожь перетекала в следующую, пока меня не сотрясла одна долгая, непрерывная дрожь удовольствия.

Затем он отстранился, и я сделала неглубокий вдох, прежде чем оказалась у него на коленях.

Я не знала, как мы оказались в таком положении, но я не жаловалась. Не тогда, когда его рот проложил огненную дорожку вниз по моей шее, а его возбуждение прижалось вплотную к моей спине, снова вытесняя кислород из моих легких.

Я прижималась к нему, гоняясь за оргазмом, который мерцал на горизонте, как мираж. Достаточно близко, чтобы прикоснуться, но слишком далеко, чтобы заявить права.

— Раздвинь для меня ноги, любимая. — Бормотание Кая разлилось медом по моим венам. Боже, этот акцент.

Я подчинилась.

Давление между моими ногами усилилось, когда его рука лениво прошлась по внутренней стороне моего бедра, пока они не достигли моих промокших стрингов. Сила моей потребности выдавила низкий, смущающий стон из моего горла. Он едва прикоснулся ко мне, а я уже была в беспорядке."

"— Просто так. — Другой рукой он стянул бретельки с моих плеч и нежно потянул мое платье вниз. На мне не было лифчика, и каждое прикосновение воздуха к моим напряженным, чувствительным соскам посылало ответный толчок в мое нутро. Я извивалась, отчаянно желая большего трения, но в моем положении я не могла получить достаточного рычага воздействия.

— Дай мне почувствовать, какая ты влажная.

Он отодвинул мое нижнее белье в сторону.

— Кай. — Я ахнула, когда он ввел в меня два пальца. Пот выступил бисеринками на моем лбу от мучительно сладкого растяжения. — Мы не можем... — Моя фраза испарилась, когда он обхватил ладонью мою грудь и сжал. Он потер большим пальцем мой сосок, в то время как его пальцы проникли глубже.

Моя голова откинулась назад, даже когда похоть и осторожность боролись за доминирование.

Ничто, кроме бархатной занавески, не отделяло нас от остальной части бара. Кому-то достаточно было отодвинуть портьеру в сторону, чтобы получить развратный вид на меня, полуобнаженную, сидящую на коленях Кая, в платье, задранном до талии, с раздвинутыми ногами и раскрасневшейся кожей, пока он играл мной, как игрушкой.

— Кто-нибудь услышит. — Унизительный всхлип прорезал воздух, когда он погрузил пальцы в рукоять и прижал большой палец к моему набухшему клитору.

Крошечные вспышки фейерверка вспыхнули под моей кожей.