Наощупь
Она была моей пациенткой. Маленькая, и такая худенькая, что я лишний раз боялся надавить посильнее. Казалось, она и задохнется в моих руках, разомни я ее основательней. Мне нравилось, как она ощущалась под моими уставшими ладонями. Нравилось скользить по ее теплой, разогретой коже, поглаживать твердыми натруженными пальцами, оправдывая себя тем, что я никоим образом не выхожу за рамки «врач — пациент». Мне нравилось представлять, как розовеет ее кожа от легкого оттенка белого навахо до насыщенного алого. Такой бы она была, если бы я, к примеру, растер по ее телу ягоды земляники. Мне нравился ее шелестящий, испуганный голос. Мне нравился ее тонкий ненавязчивый аромат с легкими нотками чайной розы и белого перца. Мне нравилось в ней все, за исключением того, что она принадлежала не мне.
— Эээ… хорошо. — Не думала, что это будет так просто. — Но я должна сказать еще кое-что…
— Говори, раз должна.
— Я знаю, что для тебя это будет очень неожиданно. В общем, когда отец ушел, я… Я тоже встретила одного человека. Степан очень помог мне пережить это все, он очень хороший и добрый, и…
— И?
— И я просто хочу, чтобы вы знали об этом.
— Черте что! — прокомментировал Демид, проводя рукой по модно подстриженным светлым волосам.
— Почему? Дём… разве плохо, что я счастлива?
— Нет! Не плохо, но… Блин, вы как с ума посходили на старости лет!
— Ну, спасибо, — мои дрожащие губы растягиваются в легкой улыбке. Демид вздыхает и снова отворачивается к окну.
— Так ты все это время была с ним?
— Да. Была. Я не хотела вам говорить правду, пока сама не разобралась в собственных чувствах.
— А теперь, значит, разобралась?
— Не до конца, — отвечаю максимально честно. Дёма наблюдательный парень, он вмиг просечет неискренность. — Но о наших отношениях со Степаном случайно узнала Алла, и я побоялась, что она преподнесет тебе эту информацию под каким-нибудь извращенным соусом.
— Например? — обернулся Демид.
— Ну, не знаю… Она могла бы сказать, что это я изменила отцу. Но это совершенно не так! Клянусь… Саша всегда был единственным для меня. Вплоть до своего ухода. — Я неловко отворачиваюсь к раковине и принимаюсь за мытье посуды. Это совершенно не обязательно — посудомойка работала исправно, но меня нервирует наш разговор. Демид молчит. Наверное, он тоже чувствует неловкость, обсуждая с матерью настолько щепетильные вопросы.
— Не думаю, что сейчас готов к знакомству с твоим… эээ…
— Мужчиной. С моим мужчиной.
— Да. Именно… с ним.
— Я и сама не готова, Дёмка. Просто… вы имеете право знать. Это все, чего бы мне хотелось на данный момент. Ничего другого я не прошу.
— Ладно! Это странно, конечно, но… Ладно! — повторяет, как попугай. Я киваю головой и возвращаюсь к приготовлению чая.
Глава 16
Таня звонит первая. Непривычно шумная и возбужденная.
— Я рассказала о нас Демиду! — выпаливает она, прежде чем я успеваю поздороваться, — а тот уже, наверное, и Данилу все разболтал!
— Отлично, — по-настоящему радуюсь я. — Как он восприняли эту новость?
— Вроде бы нормально. Но я все равно беспокоюсь. Стёп, скажи честно. Тебе не кажется, что я поспешила? — сомневается Таня, а я жмурюсь, наслаждаясь теплой волной, которая каждый раз рождается у меня в животе, когда она называет меня по имени.
— Нет, не кажется. Если ты так решила — значит, так тому и быть. Я всегда готов к знакомству с твоими детьми.
— Ладно… — вздыхает, но я чувствую, что она так и не успокоилась. Пребывая в раздумьях, достаю чайный сбор. — Тань…
— Ммм?"
"— А хочешь, поедем куда-нибудь? Все бросим и поедем.














