#НенавистьЛюбовь. Книга вторая

– Замечательно, но в следующий раз будьте тише, Павловская, – сделал ей замечание преподаватель. – Приступим к контрольной работе. От оценки за нее будет зависеть и ваш зачет. Если за все три семестровые контрольные работы вы получите высокие баллы, а также сделаете проект, то получите его автоматом. Кроме того…

– Слушай, а ты же с этим парнем встречалась? – с любопытством прошептала одногруппница, сидевшая рядом. Точно, Матвеев ведь приходил к нам на занятия. Стало неловко. Однако ответить я не успела. Преподаватель попросил нас соблюдать тишину.

Он выдал несколько инструкций и сел за преподавательский стол, а мы остались один на один с компьютерами. Я всегда считала себя опытным пользователем ПК, однако никогда раньше с Exel не сталкивалась – разве что в школе и то давным-давно. Поэтому знания о работе с этой программой у меня были минимальные – базовые. И для хитрой контрольной работы их не хватало. В какой-то момент я поняла, что просто сижу перед монитором, не зная, что делать. Однако я была не одинока – многие девчонки таращились в монитор, явно забыв все, что проходили раньше.

Я уже мысленно прощалась с автоматом по «современным технологиям», как тут преподавателю кто-то позвонил. Видимо, что-то случилось – ему пришлось покинуть кабинет.

– Присмотри за группой, – попросил он Даню, прежде чем покинуть компьютерный класс. И добавил: – Гуманитарии…

В этом слове, кажется, была сосредоточена вся его печаль. Я вздохнула и полезла в телефон – попытаться найти алгоритм решения задачи.

– Не получается? – услышала я вдруг рядом со своим ухом и резко обернулась – ко мне склонился Даня, опершись рукой о край стола.

Матвеев был так близко ко мне – запретно близко, что я непроизвольно сглотнула. Я до сих пор помнила каждую черту его лица, каждую крапинку в его серых глазах, каждую трещинку на губах. И его поцелуи. Сейчас же это снова стало под запретом. Стало предательством. Моей болезнью, от которой я так старательно пыталась исцелиться. Он был слишком близко. Непозволительно близко.

– Я помогу, – прошептал Даня, прежде чем я успела что-то сказать, и пододвинул к себе клавиатуру, касаясь моего плеча своим. Я не стала противиться – лишь немного отодвинулась, чтобы ему было удобнее. Оттого что он снова касался меня, оттого, что я снова могла чувствовать аромат его хвойного одеколона, по рукам бегали мурашки, а в голове стало пусто.

Но я все равно его ненавидела. Ненавидела, но наслаждалась каждой секундой. Его пальцы запорхали над клавиатурой. Пара минут – и Матвеев все сделал. И словно невзначай коснулся щекой моего виска, когда поднимался. Меня тотчас насквозь пронзило воспоминание о том, как он целовал мое лицо.