#ЛюбовьНенависть

Дождь прошел, хотя воздух все еще оставался влажным, а небо сделалось задумчиво-синим, и кое-где – там, где таяли куски холодных облаков, – виднелись тусклые звезды.

Даня неподвижно стоял у самых перил, широких, как подоконник, и, облокотившись на них, смотрел вдаль. Пиджак висел рядом. Я почему-то подумала, что у Матвеева очень красивый и мужественный профиль. Как же все-таки он вырос. Подойти к нему и неожиданно обнять? И сказать: «Я прощаю тебя, дурачок. В честь выпускного». Или прижаться щекой к его спине, вдыхая аромат его одеколона? Или… уйти? Нет, уйти я не могла.

И выбрала другой способ завязать беседу – спасибо тебе, пьяная голова.

– Бу! – беззвучно подкралась я к Дане и стукнула у него над ухом каблуками туфель.

Он вздрогнул и резко обернулся, замахнувшись рукой, но вовремя ее опустил.

– Пипетка? Не делай так. Я мог ударить от неожиданности.

– Теперь, значит, девушек бьем?

– Нет, мог бы ударить чисто на автомате из-за испуга, – признался он, разглядывая меня, и вдруг улыбнулся – так солнечно, что у меня потеплело на сердце. – Что ты здесь делаешь?

– Захотела подышать воздухом, нехорошо стало.

 – Я вернула ему улыбку, сдерживая себя, чтобы снова, словно невзначай, не коснуться его плеча. Широкого, крепкого… Интересно, а какой он без рубашки?

Боже, о чем я думаю?..

– Напилась? – Он приподнял темную бровь.

– Это ты напился, – с достоинством отвечала я. – А я опрокинула пару рюмок.

– Водки? – Иронично приподнялась и вторая бровь.

– Спирта, – буркнула я и поинтересовалась: – А ты что здесь делаешь?

– У меня перерыв, – коротко ответил он.

– Перерыв-перерывчик? – Теперь настал мой черед играть бровями, между прочим, аккуратно выщипанным – приводя их в форму, я невольно плакала, проклиная всех тех, у кого брови нормальные.

 – Как говорится, между первой и второй перерывчик небольшой? Я имею в виду, первой и второй бутылкой бухла, – уточнила я занудно, ибо не питала пустых иллюзий, что Матвеев пьет только воду и газировку.

– У тебя лексикон, как у алкоголика со стажем, – поморщился он.

Я философски пожала плечами.

– Какой есть. Серьезно, сколько ты выпил? И чего?

– А ты? – вопросом на вопрос ответил Даня.

– Три бокала нектара, – хихикнула я, зябко поджимая ноги – пол на балконе был холодным.

Даня это заметил, вдруг подхватил меня и посадил на край перил. Сердце зазвенело, как хрустальный бокал, по которому ударили ножом. Звонко, тонко, настороженно.

Господи, какой он красивый, какой родной. И голова кружится – то ли от алкоголя, то ли от нашей близости, то ли от высоты, которая никогда не внушала мне доверия.

– Не то чтобы я трусиха, но я боюсь высоты. Кажется, я сейчас упаду, – задумчиво поведала я.