#ЛюбовьНенависть

МНЕ, КАК И ЛЮБОМУ из нас, нравятся далеко не все дни. Среди них есть те, которые тихо раздражают, – своей бессмысленностью, меланхолией и унынием, которые нападают вместе с дождливой погодой или плохим самочувствием. В моей жизни такие дни случаются несколько раз в месяц, но я стараюсь не обращать на них внимания. Есть те, которые неимоверно бесят своей суетой, – нужно успеть сделать множество дел. Ты бегаешь туда-сюда в суматохе, но ничего не успеваешь, и все буквально валится из рук. Такие дни в моей жизни бывают редко, однако неизменно выводят из себя.

А еще есть те, которые ненавидишь до зубовного скрежета, – таких дней всего лишь несколько в году. И первое сентября – именно такой. Это не просто день, когда заканчиваются каникулы и наступает учеба. Это первый день осени. Поры, когда в груди что-то переламывается и медленно умирает вместе с золотой и багряной листвой на деревьях. Но я решила, что и этот день встречу с улыбкой. Назло осени! Тем более это последнее первое сентября – осталось учиться лишь год. И настанет свобода… Если, конечно, я не решу пойти в магистратуру.

– Это будет хороший день, – сама себе сказала я и улыбнулась своему отражению.

Оно улыбнулось в ответ. – Ты крутая, Дашка.

Я сделала небрежный хвост – после сна волосы, достающие до плеч, кудрявились больше обычного. И в шортах и свободном топике на лямках пошла на кухню – варить кофе. Родители еще спали, и в квартире стояла звонкая солнечная тишина. С кружкой в руках я вышла на балкон, распахнула створки и вдохнула свежий утренний воздух, заставляя себя поверить, что сегодня и правда чудесный день. Солнце, птички, запах сигаретного дыма, бьющий мне прямо в нос и… полуобнаженная девица на соседнем балконе.

Едва увидев девицу, я чуть не подавилась от неожиданности. Ибо балкон был матвеевский – он находился вплотную к нашему. Когда-то в детстве Даню строго наказали за то, что он пытался тайком перелезать со своего балкона на наш, но мы часто сидели с ним каждый на своем балконе и болтали. Понятно, очередная Данина подружка. Симпатичная, тоненькая, одетая в его рубашку, которая не слишком сильно прикрывала бедра. Она курила.

А потом Клоун заметил меня.

И улыбка исчезла с его лица. Он не мог терпеть меня так же, как и я его. Это была холодная война. Наша личная война. Я сделала вид, что меня тошнит. В ответ он нетерпеливо махнул кистью, явно говоря мне, чтобы я убралась. Я тут же сложила средний и указательный палец вместе и сделал вид, что выстрелила себе в висок. Матвеев поморщился.

– Что-то завоняло, – громко сообщила я, высунувшись из балконной створки по пояс. – Наверное, дешевками.

Они меня услышали. Девица нахмурилась. Даня перестал улыбаться.