Академия проклятий. Книги 1-7

 — Да, я утром казнил десяток торговцев, посмевших поднять восстание на юге, но я не убивал этого проклятого эльфийского посла, чтоб ему розовые облака снились!

— Анаргар, не стоит расстраиваться…

— А я не расстроен, Тангирра, я взбешен! Есть разница между «расстроен» и «взбешен»? Меня опять обвиняют! И кто?! — Пауза, затем: — Послушайте, адептка… Риан, да отпусти ты ее — не съем, человечками не питаюсь. Отпусти, я сказал!

Но, вопреки приказу повелителя Темной империи, меня продолжали держать в объятиях, да еще и спиной к императору, и лорд-директор вежливо произнес:

— Вам стоит успокоиться, дядя.

Что касается Дэи, она никуда с вами не пойдет, я так сказал. И вообще я не могу понять, по какой причине вы посчитали необходимым врываться в мой дом?

Звук шагов удаляющегося императора. Затем его императорское величество захлопнул двери, в ту же секунду меня отпустили, затем магистр осторожно обнял мое лицо и, глядя в глаза, тихо спросил:

Испугалась, конечно, император страшен, с этим не поспоришь, но мне было страшно лишь до появления лорда-директора, потом уже нет. Рядом с Рианом я чувствовала себя в безопасности от всех… кроме самого магистра.

Но об этом я ему точно никогда не скажу.

— Лорд Эллохар страшнее, правда, — попыталась отшутиться я.

— Почему? — Черные глаза вновь завораживающе мерцали.

Завороженная этим мерцанием, я сдала магистра:

— Он пообещал выучить проклятие острого поноса и применять его ко мне каждый раз, как будет приезжать к нам в гости.

Леди Тьер хихикнула, Риан просто сдержанно улыбнулся, зато за дверями захохотали так, что стекла задрожали. Я же была вынуждена пояснить:

Риан улыбнулся шире и опроверг мое утверждение:

— Дэя, — мягко произнес лорд-директор, — Эллохар либо шутил, либо шутить разучится навеки.

Я оценила тон магистра и попыталась вырваться из его объятий. Очень мягко. Улыбка лорда Тьера угасла мгновенно, руки опустились, освобождая меня.

Вновь повернувшись к стеклу, я смотрела на город, а лорд и леди Тьер вышли из комнаты. Их приглушенный разговор некоторое время доносился до меня, затем послышался рев пламени. Лорд-директор вернулся, тщательно запер двери и подошел, остановившись за моей спиной. Так близко, что я ощущала тепло его тела, в то же время не касаясь и пальцем.

— Здесь очень красиво, — прошептала я.

— Для тебя слишком опасно, — почему-то произнес магистр. — И да, твои обвинения в адрес императора беспочвенны. Для дяди понятие семья значит много, а мы для него семья.

У меня к его темнейшеству несколько иное отношение было, а потому я промолчала.

— Дэя, — голос лорда-директора вдруг стал сиплым, — я… могу тебя поцеловать?

Обещала — нужно выполнять. С другой стороны, соглашаться как-то страшно.