Свита короля

Отныне Натаниэль согласен на что угодно.

– Я ничего им не скажу, – пообещал он.

Ему помогли выйти через подземный ход в гараж. Ступеньки, ведущие наверх, были опасно крутыми и узкими, а в проем наверху с трудом пролез бы взрослый человек. Люди Стюарта торопливо покинули гараж через открытые ворота, но сам Хэтфорд задержался возле племянника. Натаниэль устремил взгляд в темноту, пытаясь разглядеть фэбээровцев, которые наблюдали за происходящим с безопасного расстояния. На улице было тихо и пустынно, но для соседей «разборки» со стрельбой явно не прошли незамеченными.

Еще минута, может быть, две, и вся округа снова будет кишеть полицией и репортерами.

Стюарт Хэтфорд опустил племянника на колени, завел ему руки за голову.

– Мы вернемся за тобой, как только сможем. Обещаю. – С этими словами он растворился во мраке вслед за своими подручными.

Склонив голову, Натаниэль стоял на коленях. Долго ждать не пришлось. Из темноты, словно призраки, появились сотрудники ФБР, вооруженные и в полной боевой экипировке. Натаниэля с его невысоким ростом никак нельзя было принять за отца, однако поддержать иллюзию помогал сумрак.

Федералы поняли, что обознались, только после того как бесцеремонно, с бранью, вздернули Натаниэля на ноги. Когда он наконец поднял голову и посмотрел на них, агент, стоявший ближе всех, замер на полуслове.

– Вы опоздали, – сообщил Натаниэль, хотя кто-то уже вызывал по рации скорую. – Мой отец мертв.

– Твой отец… – тупо повторил агент.

Шестеро фэбээровцев с такой скоростью ринулись в подземный ход, что чуть не покатились по ступенькам; гулко застучали их шаги, эхом отзываясь от стен тоннеля. Натаниэль не замечал, что вглядывается в проем, пока агент не похлопал затянутыми в перчатки руками у него перед носом.

Вопросительный взгляд федерала не вызвал у него реакции, и тот повторил:

– Меня зовут Натаниэль Веснински, – сказал он, – и мой отец мертв.

В этом не было ничего смешного, но он вдруг расхохотался. Натаниэль хохотал и хохотал, не в силах прекратить истерический смех. Кто-то схватил его за плечи и надавил на затылок. Грубый голос приказал дышать, однако Натаниэль ничего не мог с собой поделать. Чтобы сохранить равновесие, он уперся ладонями в колени.

Истерзанные руки отозвались жгучей болью, но он их не убирал. От выброса адреналина после недавней перестрелки и нахлынувшего облегчения – он жив! – сердце было готово разорваться. Секундой позже не выдержал слабый желудок. Кто-то придерживал Натаниэля, пока его мучительно рвало на бетонный пол. В тщетной попытке избавиться от кислого вкуса он сплюнул.

Чужая рука крепче сжала плечо.

– Учитывая, в каком ты состоянии, я бы предпочел обойтись без наручников, но, если придется, я их на тебя надену.