Свита короля

Уже почти рассвело, когда они в конце концов отправились спать, однако Нил знал, что сможет вздремнуть в автобусе по дороге на север. Он заполз под одеяло и уснул, и ему снилось, как стены «Замка Эвермор» смыкаются над его головой.

За час до начала матча все парковки в кампусе университета Эдгара Аллана были забиты под завязку. Вокруг стадиона кишели толпы одетых в черное фанатов. Короткими очередями трещали вспышки фотокамеры; появление крепких парней в костюмах означало, что прибыла очередная знаменитость. Повсюду кишели полицейские, для репортерских минивэнов отгородили отдельное место.

Нил обвел взглядом Лисов. Ники вертел головой, барабаня пальцами по бедрам. Аарон стоял рядом с Кейтлин, стиснув ее ладонь так, что побелели костяшки. На Эндрю творившееся вокруг сумасшествие не производило никакого впечатления, и все же его глаза цепко выискивали в толпе потенциальные угрозы. Рене рассеянно теребила крестик на шее и, глядя перед собой, молилась. Позади нее, готовые к бою и непоколебимые, словно два столпа, рука об руку стояли Дэн и Мэтт. Дробь, которую выбивал об асфальт каблучок Элисон, свидетельствовала о ее напряженном состоянии, однако на лице девушки было написано презрение.

Рядом с Нилом стоял Кевин – неуязвимый, точно в броне. Он продемонстрировал Лисам новую татуировку сразу, как только они сели в автобус. Шумные восторги товарищей помешали намерению Нила поспать, но разве мог он осуждать их за радость? Ваймак при виде татуировки лишь скупо улыбнулся, а значит, был в курсе раньше остальных. Нил вспомнил завитки пламени на плечах тренера и предположил, что тот поручил задачу своему тату-мастеру.

Это по крайней мере объясняло, каким образом Кевин, едва держась на ногах, вчера ночью вернулся в общежитие.

Что стало последней каплей, которая переполнила чашу терпения Кевина и заставила разбить оковы, Нил не знал, но вчерашнее громкое заявление не было связано с выпитым алкоголем. Кевин Дэй окончательно порвал с «Воронами», пути назад нет. Он выходит на арену «Замка Эвермор» так, словно этот матч для него – лишь досадная задержка на пути к славе. Нил не мог с уверенностью сказать, действительно ли Кевин испытывает боевой настрой или держится исключительно на силе воли.

Может быть, внешняя надменность Дэя – лишь маска, надетая специально для репортеров? Нил предполагал, что в своей решимости Кевин искренен как минимум на девять десятых, и этого было достаточно, чтобы он тоже взял себя в руки.

Две женщины из организаторского штаба увели за собой «Лисичек». Четверо охранников проводили «Лисов» от автобуса до стадиона, причем вдоль дороги на этом коротком отрезке стояли еще шестеро.