Влюблённая ведьма

— Ты безумно красивая, — хрипло сказал Олег и мягко коснулся свободной ладонью моей щеки, чтобы, согрев ее своим жаром, начать вести ею вниз, по шее, плечам, груди — до самого живота. Я закусила губу от неожиданности. А он продолжал гладить меня — откровенно и нежно. Касался каждого изгиба, изучал, ласкал, но не давал делать мне этого в ответ.

— Ты издеваешься? — спросила я, а он коротко рассмеялся. Господи, почему он такой сильный? Почему так легко удерживает мои запястья одной рукой?

— Как же? — удивился он, а его глаза хитро блестели.

— Отпусти меня, Олег, — потребовала я.

— Зачем? — продолжал он.

— Почему я должен тебя отпустить?

— Потому что… Потому что я так не могу. Я хочу обнять тебя. Олег. — В моем голосе было столько жалобности, что он, наконец, отпустил мои заведенные над головой руки, и я тотчас обняла за шею, вдыхая его ставший родным запах. Его пальцы сомкнулись на моей талии.

Мне было этого мало, и Олег знал это. Он вдруг подхватил меня на руки и понес в гостиную, на диван. Опустил на спину и сам оказался сверху, опираясь на кулаки. Он больше не говорил мне ничего — все время целовал, и мне не хватало дыхания. В те короткие мгновения, пока я хватала ртом воздух, он покрывал горячими поцелуями мое тело, будто зная, что доставит мне удовольствие. И я была уверена, что завтра на моей шее и ключицах останутся следы его требовательных губ, а на бедрах — следы от пальцев. Но останавливаться я не собиралась. Эта ночь будет особенной для нас обоих.

— Скажи, если что-то будет не так, — прошептал Олег, и я кивнула, хотя была уверена, что все будет так, как нужно. Правильно. Естественно. Невероятно.

Он приник ко мне, и я вскрикнула, цепляясь за его широкую спину и не замечая, как царапаю его. И Олег, кажется, тоже этого не замечал.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Россыпь поцелуев, пламя на губах, тяжелое дыхание. Сдавленный стон. Нежность.

В каждом движении — трепет.

Я попыталась завладеть инициативой — положила Олега на лопатки и сама оказалась сверху, щекоча кончиками волос его грудь. Но продлилось это недолго — он снова взял надо мной вверх, оказался сверху, и нас обоих это устраивало.

Все было остро — на грани. Так, что сводило от напряжения мышцы. Так, что хотелось кричать — казалось, так будет проще, и одновременно молчать — сохранить в тайне то, что происходило между нами двоими.

Все было дерзко и между тем нежно. Запредельно нежно. Непозволительно откровенно.

И все было по любви.

Где-то далеко, в другой Вселенной, продолжали играть музыка, сиять хрустальный шар и падать за окном снег. А в нашей Вселенной были только мы — я и Олег.