Развод с генералом драконов (СИ)

Отбрасывает за спину плащ, слегка кланяется:

— Прошу прощения, если напугал, леди Сторм, — чеканит уверенно, глядя в упор на запертую дверцу экипажа, — мы ищем женщину. Длинные светлые волосы, белое платье.

Каратель переводит взгляд с дверцы на меня. Янтарные глаза с вертикальным зрачком вспарывают сознание, беспощадно кромсая ворох поверхностных мыслеобразов на пути к правде:

— Леди Сторм, вы её видели?

В повисшей тишине поворачиваю голову. Боковым зрением рассматриваю запертую дверцу кареты. Он — Верховный каратель, а эту девушку я впервые вижу, стоит ли лгать ради неё?

Но она выглядела такой напуганной и потерянной. Одна против всемогущего зверя. Совсем как я…

У нас с ней намного больше общего, чем кажется на первый взгляд, так, получается? Её, как и меня, гонят прочь. Меня — за то, что не смогла родить. Её — за то, что родилась не с тем даром.

Внутри растёт бессознательный протест против несправедливости, который выливается в одно короткое:

— Нет! — лгу, не моргнув глазом. — Я никого не видела, господин Верховный каратель.

Он ведь не станет досматривать мой экипаж? Не посмеет?

Несколько мучительно длинных секунд мы с драконом смотрим друг на друга. На мгновение мне даже кажется, что он прочёл мои мысли, но в следующий миг Верховный сухо кивает:

— В таком случае доброго пути, леди Сторм.

Вскакивает в седло и даёт знак своим людям:

— Продолжайте поиски, она не могла далеко уйти!

А потом они скрываются за деревьями, а я хватаюсь за стенку экипажа. В глазах темнеет от напряжения. Фух! Проклятые драконы, вершители судеб, чтоб никогда больше их не видеть!

— Госпожа? — один из стражников, совсем молоденький паренёк, придерживает меня за локоть. — Вам нехорошо?

— Всё нормально. Я, пожалуй, присяду.

Забираюсь внутрь экипажа, откидываюсь на спинку сиденья. Рассматриваю незнакомку напротив, поражаясь произошедшей в ней перемене. Куда только делись дрожь и испуг? Их словно не было.

Королевская осанка, лёгкий наклон головы и мелодичный голос, как звон весенней капели:

Экипаж приходит в движение.

— Куда мы едем? — девушка отодвигает занавеску кончиками пальцев.

У неё изящные руки, маленький прямой нос с вздёрнутым кончиком, верхняя губа пухлее и слегка нависает над нижней, но больше всего притягивают глаза необычного фиалкового оттенка.

— В Обитель Светлейшего, — отвечаю ровным тоном, давя тянущую боль в груди.

— Зачем леди Сторм ехать в монастырь?

Выходит, всё слышала. И знает, кто я. Впрочем, не всё ли равно?

— Муж нашёл себе другую, у них скоро родится сын-дракон, а мне приказано убраться прочь и стать монахиней.

При этих моих словах радужка незнакомки вдруг темнеет, становясь из фиалковой чернильно-синей. Едва заметное изменение оттенка глаз — один из признаков сильного менталиста.