Риск

Мало того, небеса, видимо, решили подлить масла в огонь и подстроиться под мое настроение, потому что в этот самый момент начинается ужасный ливень. Пасмурно и холодно было весь день, но вдруг небо становится черным, дождь начинает лить как из ведра, и мы за секунду промокаем до нитки.

– Пойдем внутрь, – говорит Джейк, крепко схватив меня за руку.

Мы влетаем в здание, и я морщусь от вида вымпелов и вставленных в рамки темно-красных хоккейных свитеров.

– А если нас кто-нибудь увидит? – убирая со лба мокрые волосы, шепчу я.

– Они просто нас увидят. Что такого? Мы же просто разговариваем.

– Я чувствую себя голой. Мы слишком выделяемся, – ворчу я.

Джейк закатывает глаза.

– Ладно. Пойдем в медиазал. Туда нельзя посторонним, и я там один.

Я иду за ним по коридору, взглядом поедая его. Мы виделись меньше недели назад, но почему-то я забыла, какой он высокий и красивый. Встретившись со мной, Джейк не обнял меня, не поцеловал. Я тоже не обняла его, не поцеловала. А теперь жалею об этом.

Когда мы входим в навороченный медиазал, примерно такой же, как у нас в Брайаре, я расстегиваю свою кожаную куртку и вешаю ее на спинку ближайшего стула.

Потом плюхаюсь на другой и угрюмо выпячиваю подбородок.

– Я правда хотела пройти эту стажировку.

– Я знаю. – Джейк садится на стул рядом и вытягивает перед собой свои неимоверно длинные ноги. – Но, знаешь, что ни делается, все к лучшему. Даже если бы Малдер не был твоим прямым руководителем, тебе все равно пришлось бы взаимодействовать с ним. А хуже этого парня нет никого.

– И то правда. – Я вдруг замечаю застывшую картинку на экране. Это Хантер Дэвенпорт, наклонившийся перед шайбой в момент вбрасывания. – Шпионим, значит?

– Я не шпионю, я пытаюсь быть внимательным.

И не говори мне, что твои парни сейчас не заняты тем же самым.

– Ну, я не собираюсь раскрывать тебе секреты Брайара, так что ничего у меня не выспрашивай.

Он бросает на меня короткий взгляд, на его словно выточенном из мрамора лице застыло серьезное выражение.

– Тогда зачем ты пришла?

– Твоя кузина живет в Бостоне. И наверное, здесь у тебя есть и другие друзья.

– Тогда почему первым, кому ты позвонила, узнав плохие новости, был я?

Я встречаюсь с ним взглядом.

– Ты не знаешь, кому я позвонила первым.

Может, они просто не брали трубку.

– Ты звонила кому-то еще? – вежливым тоном спрашивает Джейк.

– Почему я? – не отступает Джейк.

– Нет, знаешь. – Он тихо усмехается. – Я тебе нравлюсь.

– Ты мне не нравишься.

– Нет, нравлюсь. Поэтому ты выставила меня из своего дома на прошлой неделе.

– Нет, я выставила тебя, потому что мой отец стоял за дверью, пока мы развлекались в позе «шестьдесят девять».

– Тебе обязательно нужно было упоминать об этом?

– О чем? О моем отце?

– Нет, о том, чем мы занимались.