Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Для неё я так и остался изгоем… Да, во мне сейчас говорит обида, и всё равно не верю! Она не могла отказать.

— Не понимаю о чём ты говоришь, — признался я. — Какая старуха? Кем отказано? В чём?

— И не нужно ничего понимать. Помоги мне выбраться отсюда, — вдруг попросил он. — Перед тобой человек в беспомощном состоянии. А ты писатель, гуманист…

Он должен был помнить ещё по той четырёхчасовой беседе, больше напоминающей психологическую пытку, что я терпеть не могу, когда мне давят на совесть и призывают к благородству. А теперь, после того, что я видел и испытал на берегу Манараги, одно упоминание о гуманизме вдруг взбесило меня.

— Я помогу, раз должен. Но ты убеди меня, что не имеешь отношения к банде ублюдков, которые сейчас рыщут по дну Ледяного озера.

Раненый посмотрел мимо меня — сколько я ни старался, ни разу не поймал его взгляда.

— Да, я когда-то работал с этими людьми, — признался он. — Пока не вступил в контакт с гоями. Ты ведь тоже ищешь встречи с ними?

— Такие вопросы с тобой обсуждать не хочу.

— Не доверяешь? Почему? Я стражник и давно служу гоям. Ты же видел, как я спалил лагерь ГУПРУДы?

— Видел.

Но таким образом ты мог устранить конкурентов, освободить место для тех, кто сейчас работает на озере. Тем более, я знаю тебя как чекиста и хорошо помню, как вы меня допрашивали.

— Добро. Я постараюсь убедить тебя и завоевать доверие.

— Для этого пойдёшь со мной. А вернее, поможешь мне дойти до одного места. Это не так далеко. Я в долгу не останусь, слово стражника.

— Чем же отблагодаришь?

— Покажу тебе то, что ты ищешь, — сказал многозначительно.

— Тебе известно, что именно я ищу?

— Известно… Ну что, боишься?

— Боюсь, и потому твой автомат забираю.

— Забирай! — легко согласился он. — В рюкзаке сумка с патронами.

— Может, тебе костыли сделать?

— Не надо. Ты мне поможешь без костылей.

— Но я далеко тебя не утащу! Сколько весу? Восемьдесят? Вот! А я не ел три дня.

— И тащить не надо. Пойдёшь за мной, след в след. Ведущим буду я.

— Мне нужно, чтоб ты шёл сзади.

— Ладно, а сколько идти?

— Говорю же, близко.

— До соседней заимки тоже близко…

— Кстати, старуха точно послала собаку? Ты видел?

— Почему её до сих пор нет?

— Ладно, сами пойдём, — решил стражник и опять погрозил. — Эта Баба Яга думает, я не найду один! Думает, пути не знаю! А я его знаю!

Определять расстояние в горах очень трудно, постоянно существует обманчивое впечатление близости — кажется, вот, рукой подать, а топать надо полдня.

Первый раз, когда я уходил из-под зачистки, путь от Манараги до заимки одолел за четверо суток. Тогда я не знал дороги, шёл наугад, по наитию с единственной целью выйти из зоны, где проводилась войсковая операция. На обратный переход ушло всего полных три дня, и это можно было объяснить знанием дороги.