Босс для разведёнки

Ведь по привычке из очередной передряги тебе её вытаскивать.

— Без тебя разберусь! — зло фыркает мой друг, но его гнев сейчас в большей степени направлен не на меня.

— Не сомневаюсь. Не в первой. Главное, чтоб Еву стороной обошли, а то за свою женщину я и отомстить могу.

— То есть даже так уверен? — ухмыляясь, уточняет Сабуров.

— Да, Кир, как никогда и ни в чём! У каждого из нас внутри два волка, и оба умирают с голоду. Один из них — это гнев, гордыня и зависть, а другой — честность и доброта. Каждый день из года в год они рвут друг друга на части, но в итоге побеждает ни тот, который лучше, а тот, которого ты кормишь. И запомни, что ты для меня был, есть и останешься другом и даже в какой-то степени братом. На этом считаю наш разговор оконченным и прощаюсь.

— Прощай, — глухо отзывается он, вешая трубку первым.

Через час пришло сообщение:

«Я отпустил Еву. Муки совести гасить тебе.

P.S. вдруг ты уже удалил мой номер.

Несколько раз перечитываю эти строчки и непроизвольно улыбаюсь. Всё-таки Сабуров умный мужик, хоть и горячий.

Ну вот теперь действительно всё! Все мосты сожжены и никакого чувства вины на душе, так как даже если бы не я, Кирилл точно не герой романа моей Евы. Теперь я это знал абсолютно точно!

Проснулась от напуганного зова дочери.

— Мам, мам, а где Кощей?

В первую секунду хотела поправить обращение к боссу, но уже во вторую передумала, так как в третью пришло осознание реальности.

Богдан уехал, и чувство безмерной потери раздавило, расплющило, словно мне на плечи разом всю планету водрузили.

— Ну мам! — нервно дёргая мою практически безвольно свисающую с постели руку. — Мама, что с тобой?!

Паника моего ребёнка включает мозги и заставляет дышать дальше.

— Кнопка, всё хорошо. Богдан уехал. По работе. Что-то срочное, он не стал тебя будить.

Моя речь отрывистая, но это всё, на что я сейчас способна.

— Ааа, — облегчённо выдыхает Эвелина, прекращая терзать мои пальцы. — Ну тогда ладно! А когда вернётся?

Моя девочка подхватывает с пола своего медведя и неспешно идёт в сторону балкона, ожидая ответа, которого у меня нет. Точнее, он есть, но не тот, что ждёт Кнопка.

— Он не вернётся, — сажусь в постели и, не отрывая взгляда, слежу за реакцией дочери.

Она останавливает, бросая на меня взгляд из-под ресниц.

Её голосок такой спокойный на первый взгляд, но я чувствую, как ломается в маленькой головке целый мир, а звон осколков слышится вокруг нас.

Так звучит тишина напряжения и боли.

— Нет. Мы можем поехать к Богдану и потом жить все вместе.

Эвелина полностью разворачивается, прижимая к груди игрушку обеими руками так сильно, что тонкие пальчики побелели.

— А так можно? — неуверенная и ранимая, моя девочка сейчас похожа на первый весенний цветок в бушующую непогоду.