"Три звезды" миллиардера. Отель для новобрачных

 — Херова куча отелей, а мои дети шесть лет живут на съемных квартирах.

С опаской протягиваю руку и касаюсь его локтя. Уверена, что сбросит, но он не сбрасывает.

— Мы нормально жили, Артем, — говорю осторожно. — Это был мой выбор.

— Вижу, что нормально, Алена, — я по-прежнему жду вспышки ярости в свой адрес, но похоже сегодня у Асадова день самоуничижения, — у моих детей есть все. Одежда, игрушки, репетиторы.

— Они еще занимаются танцами и хореографией, — уточняю, все еще с опаской поглядывая на сердито дышащего мужчину. — Там пока каникулы в связи с карантином.

Артема явно терзают муки совести, но я не тешу себя иллюзиями. Это ненадолго. Это же Асадов, одна секунда, и я снова останусь кругом виноватой.

— Не представляю как ты выкручивалась, — хрипло говорит он, и я смелею.

— Если честно, сама плохо представляю, но мне очень повезло. Я купила опцион.

— Опцион? Да, я слышал. Мне сказал… неважно, кто сказал. Ты купила акции отеля по очень низкой страйковой цене. Скажи, ты сама угадала, или тебя кто-то надоумил? — вперяет в меня Артем испытующий взгляд.

И не дождавшись ответа, предупреждает: — Если сама, то ты финансовый гений, и я сразу нанимаю тебя главным финансовым консультантом компании.

— Что ты, конечно нет, — тушуюсь под его горящим взглядом.

Вообще-то Артем смотрит так, будто не работу мне предлагает, а в очередной раз уламывает на полноценные супружеские отношения. И желательно начать их прямо здесь, на подоконнике.

Не хочется рассказывать о мистере Риче, но и присваивать себе чужие заслуги тоже не собираюсь.

— Мне посоветовал один мой знакомый, Джордж Рич.

Я познакомилась с ним в отеле, — начинаю туманно, но Артем продолжает сверлить пронизывающим взглядом, и я рассказываю все, как было.

Ну почти все. Про поцелуй под омелой и свои слезы по-прежнему не хочу говорить.

— Я правильно понимаю, что ты купила опцион за деньги, которые я… — он не договаривает, и я заканчиваю за него:

— Которыми ты решил заткнуть мне рот, чтобы я не болтала о твоей неудавшейся мести старому другу. Все правильно, Артем, это были именно те деньги. Только я их потратила на лечение больного старика, а он меня отблагодарил, оформив на мое имя опцион.

Артем глухо матерится и снова вбивает кулак в стену.

— Ты сейчас всех разбудишь, — уже смелее беру его за локоть и неожиданно оказываюсь прижата к стене за запястья.

— Что мне сделать, чтобы ты меня простила?

Я настолько ошеломлена, что не могу сразу сориентироваться. Он смотрит в глаза, его тяжелое дыхание щекочет шею.

— Зачем тебе мое прощение, Артем? — спрашиваю недоуменно, и мое недоумение вполне искреннее.