Северная Корона. Против ветра

– О твоем душевном состоянии, Джулия, – в приятном голосе Визарда послышалась вкрадчивость, которая почему-то так нравилась Крестовой, девушке прямой и открытой.

– Ты знаешь, что я чувствую? – поинтересовалась девушка, зная, что Лорд ответит «да».

– Ты ждешь, что я отвечу положительно? – с улыбкой на тонких, кораллового оттенка губах спросил Феликс.

– Может быть. Почему ты не вместе со всеми, не там? – кивнула Юля в сторону гостиной, из которой теперь доносилась ритмичная музыка – Стас и его гости решили оттянуться под нее.

– Я просто услышал, что тебе хорошо, и решил спросить кое-что, – было ей неожиданным ответом.

– Услышал? – скептически спросила Юля. Иногда Лорд так говорил странные, очень необычные вещи. Все-таки не зря он звался Странным Ви.

– У меня хороший слух, – пожал черноволосый музыкант плечами.

– Ну да, действительно. Спрашивай, – разрешила Юля, разглядывая его точеный профиль: ни дать ни взять настоящий английский лорд, красивый, безмятежный и проницательный. Молодой человек поймал взгляд Крестовой, но она не отвела своих орехово-зеленых глаз.

Она была не из тех девушек, которые смотрят на понравившихся парней украдкой, боясь, что их засекут. Юлиным девизом было что-то вроде: «Прямолинейность – залог успеха».

– Ты согласилась один раз сыграть вместе с группой своего друга, – медленно произнес Феликс, глядя задумчиво, подперев бледной рукой черноволосую голову, в открытое окно, за которым ночь становилась все насыщеннее и насыщеннее.

Он замолчал, и Юля не могла понять, спрашивает ли ее парень или просто «завис» в своих раздумьях, глядя на сине-серое небо, по которому медленно полз куда-то яркий спутник.

Прежде чем продолжить свой вопрос, Визард еще немного помолчал, возбуждая в Юле интерес. Ей хотелось крикнуть парню: «Ну, давай же, говори уже», но она, продолжая слегка мучиться от нетерпения, ждала, когда он сам продолжит.

– Согласишься ли ты на второй раз? – наконец, насмотрелся на небо Феликс и неожиданно взглянул девушке прямо в глаза. От его взгляда у нее вдруг мороз по коже пошел. Юле это не понравилось.

– А что, ты разве не знаешь? – спросила она его с милой, но совсем неискренней улыбочкой.

Для себя она решила, что должна продолжить, что не должна останавливаться теперь, раз смогла побороть себя. Слово, данное умершей бабушке, она исполнит – закончит консерваторию, а вот слово, данное матери и отцу, придется, как сказала недавно Марта, вернуть им обратно.

– Разве я все знаю? – вопросом на вопрос ответил загадочным тоном Визард. Юля молча пожала плечами и так же молча протянула англичанину пачку сигарет, валяющуюся на столе. Тот жестом отказался.