Северная Корона. Против ветра

– О, пардоньте, пожалста, продолжайте дальше, – глубокомысленно изрек мужчина, неверно истолковав то, чем занимались жених и невеста.

– Он о чем? – в недоумении спросила Марта.

– Ты дурная, – рассмеялся Саша, наконец, убирая руки и помогая девушке встать. – Он все правильно подумал. Мы скоро причаливать будем. Пошли в банкетный зал. Нехорошо, что нас там нет.

Однако гости так не думали. Они думали совсем иначе. Они встретили жениха и невесту аплодисментами и даже криками «браво» и «бис», а также нехитрыми вопросами о будущем потомстве. А во всем был виноват усатый нетрезвый тип, сообщивший народу во всеуслышание то, чем, по его мнению, занимаются пропавшие молодожены.

По его мнению, они просто передвинули себе на пару часов вперед первую брачную ночь и были, по убеждению этого мужчины, совершенно правы.

Саша давно так не смеялся, а Марта – не краснела.

Второй человек, который увидел высунувшуюся из окна Марту, тоже находился в автомобиле, неподалеку от свадебного кортежа. Это был ее отец, Константин Власович Крестов, и ехал он по соседней полосе в автомобиле своей супруги, сидя рядом с ней на пассажирском сиденье.

Настроение у пианиста было просто великолепным – мужчина ехал после репетиции с симфоническим оркестром и был доволен теплой погодой и свободным вечером, которым собирался насладиться вдвоем со своей любимой женой. Это случалось не часто из-за занятости обоих супругов.

Софья Николаевна, уверенно держа руль большой немецкой машины с высокой подвеской, эмоционально и несколько ядовито, как часто она это делала, рассказывала своему пианисту что-то о взаимоотношениях с коллегами, а он благосклонно слушал ее и кивал изредка, хотя, если честно, бурное повествование жены его несколько утомило.

– И чего они разгуделись? – недовольно прервала свое повествование Софья, услышав многочисленные сигналы позади. Она глянула в боковое зеркало и оценила красный лимузин. – А, свадебному кортежу гудят. Неплохая машинка. У Юли на свадьбе будет что-то подобное, – добавила она мечтательно.

– Ты хочешь выдать Юленьку замуж? – мягким тоном, который действовал на Софью успокаивающе, спросил Константин.

– Сама выйдет, – отрезала женщина.

– Я думаю, это будет еще не скоро, а ты уже строишь планы насчет ее машины на свадьбе, милая, – улыбнулся пианист.

– Ты думаешь, наша дочь настолько нерентабельна, что ее никто не возьмет замуж? – черные тонкие брови, подчеркивающие овал лица Софьи, изогнулись. Эта красивая ухоженная женщина, которую за спиной многие называли стервозной и самовлюбленной, имела свойство очень быстро выходить из себя, но так же быстро и успокаиваться.